Print Friendly and PDF
only search openDemocracy.net

Дело украинских моряков: предпосылки, детали, перспективы

Что произошло в Черном море 25 ноября и что ждет украинских военнослужащих. English

Керченский пролив. (c) Bai Xueqi/Xinhua News Agency/PA Images. Все права защищены. Ранним утром 25 ноября три украинских корабля – бронекатера "Бердянск" и "Никополь" вместе с рейдовым буксиром "Яны Капу" – вышли из порта в Одессе, направившись вдоль крымского берега Черного моря через Керченский пролив в Мариуполь в Азовском море. Позже Военно-морские силы Украины назвали это "плановым переходом" судов.

В соответствии с международными нормами украинские моряки заблаговременно предупредили российскую сторону о своих намерениях. Береговой пост Федеральной службы безопасности РФ, морские порты "Керчь" и "Кавказ" получили их сообщение, однако ответа не дали. Позже ФСБ заявила, что украинские корабли "нарушили российские территориальные воды", и выслала им навстречу четыре суда. Одно из них – пограничный сторожевой корабль "Дон" – протаранило украинский буксир "Яны Капу" (согласно расследованию Bellingcat, российские суда таранили его минимум четыре раза). После этого россияне заблокировали проход под Керченским мостом, посадив на мель танкер со стороны Азовского моря, и подняли в воздух два боевых вертолета с ракетным вооружением для сопровождения украинских кораблей.

Фото пробоины "Бердянска". Источник: Franak Viačorka / Twitter.Блокирование прохода украинским судам в сторону Азовского моря продолжалось до вечера. В 19:00 по Киеву украинские моряки развернулись на выход из Керченского пролива обратно в Одессу.

В ответ российские корабли начали преследование с требованием остановиться. Уже после выхода украинских суден из 12-мильной зоны (22,2 км; территориальные воды вокруг аннексированного Крыма) российские корабли обстреляли из артиллерийских установок украинский "Бердянск". Судно получило повреждения и потеряло ход. "Никополь" и "Яны Капу" принудили к остановке. Украинские суда захватил российский спецназ.

На аудиозаписях переговоров между моряками слышно, как российский корабль береговой охраны "Изумруд" угрожает украинскому "Бердянску" стрелять на поражение, требуя в экипажа выходить на палубу с поднятыми руками. В ответ капитан "Бердянска" Роман Мокряк просит о помощи, сообщая, что на борту есть раненые, и повторяет, что судно уже вышло из 12-мильной зоны, не прибегает к вооруженной агрессии и не нарушает договора о судоходстве.

После полуночи командование потеряло связь с украинскими военнослужащими. "Судьба моряков нам не известна", – заявил начальник Генштаба Вооруженных сил Украины Виктор Муженко. Позже ФСБ сообщила, что пограничный сторожевой катер доставил раненых украинских моряков в Керченскую горбольницу №1, а затем российские суда конвоировали захваченные украинские корабли вместе с остальными членами экипажа в порт Керчи.

"Задержание судов в Азовском море – это давление на экономическую систему Украины"

Ситуация вокруг Керченского пролива начала обостряться еще полгода назад. С конца апреля 2018 береговая охрана погранслужбы ФСБ России стала выборочно задерживать и проверять как украинские, так и иностранные торговые суда на пути в Мариуполь и Бердянск и обратно. После открытия Керченского моста количество таких инцидентов постоянно возрастало, и с конца июня россияне останавливали на проверку уже каждый корабль, следующий через пролив.

По данным главного редактора издания BlackSeaNews Андрея Клименко, с 17 мая по 31 октября было зафиксировано 110 подобных проверок. Происходило это примерно так: ночью в море к большому кораблю с десятком тысяч тонн груза подплывает катер береговой охраны и требует остановиться. Где-то через час кораблю это удается. На борт поднимаются вооруженные люди в балаклавах, сгоняют моряков в кают-компании, проверяют документы, особо пристальное внимание проявляют к гражданам Украины. Под предлогом поиска оружия и взрывчатки осматривают каюты, проверяют трюм и багаж.

Корабли не могут проходить под Керченским мостом одновременно в обе стороны, только по очереди: сначала вереница из Азовского моря в Черное, потом наоборот. Проверки ФСБ существенно удлинили период ожидания. Дошло до того, что в октябре суда стояли на вход в Азовское море по трое суток, на выход – по четыре. Такой простой судов влечет за собой срывы графиков поставок и дополнительные траты для судовладельца от 5 до 15 тысяч долларов в сутки. Вполне ожидаемо, что желающих ходить в украинские порты поубавилось, а конкурентоспособность самих портов снизилась.

Такой простой судов влечет за собой срывы графиков поставок и дополнительные траты для судовладельца от 5 до 15 тысяч долларов в сутки

"Задержание судов в Азовском море – это давление на экономическую систему Украины. Их цель – максимально повлиять на деятельность украинских портов двух морей через экспорт, поступление валюты, чтобы усугубить экономическую ситуацию в Украине. Это называется экономическая агрессия", – еще в июне заявлял постоянный представитель президента Украины в Крыму Борис Бабин.

Договор между Украиной и Россией про сотрудничество в использовании Азовского моря и Керченского пролива от 2003 года определяет Азовское море как внутренние воды обоих государств и предусматривает свободное их пользование военными и торговыми судами России и Украины. Но после аннексии Крыма РФ контролирует единственный вход в Азовское море – Керченский пролив – и самовольно устанавливает правила его прохождения.

В попытке переломить ход событий Украина начала действовать в двух направлениях: с одной стороны, пыталась обратить внимание на действия России и заручиться поддержкой международных институций, с другой – усилить свои позиции в Азовском море.

В конце октября Европарламент принял резолюцию, в которой осудил действия России в Азовском море и строительство Керченского моста, а также призвал усилить санкции против РФ, если конфликт будет развиваться. Ту же позицию осуждения высказали и США.

"Агрессивные действия в Азовском море, где Россия мешает доступу в украинские порты, нарушают суверенитет и территориальную целостность Украины и подрывают международное право", – заявил в Совбезе ООН американский дипломат Джонатан Коэн.

Мариупольский морской торговый порт. (c) Ivanov Stanislav/Zuma Press/PA Images. Все права защищены. Параллельно украинские ВМС начали перебрасывать свои корабли в Азовское море. В сентябре сухопутным путем перевезли два малых артиллерийских бронекатера типа "Гюрза-М". Они сразу же стали сопровождать торговые суда из Мариуполя и Бердянска до Керченского пролива. Количество проверок ФСБ моментально сократилось: в сентябре их было восемь, в октябре – две, в ноябре – ни одной.

В конце сентября из Одессы в Мариуполь через пролив перешли еще два суда ВМС – штабной корабль "Донбасс" и морской буксир "Корец". Для российской стороны этот проход стал неожиданностью – разрешения у нее никто не спрашивал и реакции тогда не последовало. 25 ноября Украина задумала повторить удавшийся ранее маневр еще с тремя кораблями, но в этот раз попытка закончилась обстрелом и захватом украинских судов и моряков.

Суд в оккупированном Крыму

Еще ночью, сразу же после захвата украинских кораблей, российская ФСБ заявила, что открыла уголовное дело против украинских моряков по факту незаконного пересечения государственной границы. Она же через провластные СМИ обнародовала данные трех раненых членов экипажа "Бердянска", которых доставили в травматологию Керченской горбольницы имени Пирогова. Это Андрей Артеменко, Василий Сорока, впоследствии признанный Службой безопасности Украины своим сотрудником, и самый юный из захваченных военнослужащих, 18-летний Андрей Эйдер. "Им оказали медицинскую помощь, угрозы жизни нет", – сообщало РИА Новости.

На то время ВМС Украины уже утратили любую связь с экипажами и не предоставляли никакой информации о личностях моряков. Более того, у российской и украинской стороны разнилось само количество захваченных в плен: омбудсмен РФ Татьяна Москалькова сообщила, что военнослужащих 24, в Генштабе ВСУ утверждали, что 23.

Вечером 26 ноября ФСБ опубликовала видео допроса трех украинцев – капитана Владимира Лисового, матроса Сергея Цыбизова и сотрудника контрразведки СБУ Андрея Драча. На записи моряки повторяют формулировки российской ФСБ: "осознавал, что действия носят провокационный характер", "зашли в территориальные воды РФ", "неоднократно предупреждены о нарушении законодательства РФ". В ответ командующий ВМС Украины Игорь Воронченко заявил, что они "давали ложную информацию под психологическим и физическим воздействием", в том числе и о принадлежности Драча к СБУ. Однако на утро следующего дня пресс-служба ведомства подтвердила, что на борту кораблей было два его сотрудника.

lead Капитан Владимир Лисовой. Фото: Kommersant Photo Agency / SIPA USA / PA Images. Все права защищены.Позже адвокаты передали морякам письмо поддержки от адмирала Воронченко. "Я понимаю, как вам сейчас тяжело. Все военные моряки ВМС с пониманием относятся к так называемым свидетельствам, которые от вас сейчас требуют, ведь методы работы спецслужб РФ ни для кого не секрет, – пишет командующий. – Вы действовали законно, профессионально, согласно норм международного морского права и действующих договоров. Закон, право на нашей стороне. И это понимает весь мир".

Примерно в то же время, когда ФСБ распространила свое видео, появилась информация, что 27 ноября Киевский райсуд Симферополя изберет украинским морякам меру пресечения. Больше десятка крымских адвокатов, участвующих в различных политических процессах на полуострове, вступили в дело и начали искать своих подзащитных по всему Крыму. Однако, безуспешно.

Первые детали о произошедшем, психологическом и физическом состоянии украинских военнослужащих адвокатам удалось узнать непосредственно перед началом судебных заседаний в Симферополе. Тогда же окончательно прояснилось общее количество захваченных моряков – 24 человека – и их личности. Со слов адвокатов, ни один военнослужащий не заявил защитнику об избиении, но некоторые подтвердили, что на них "давили психологически для получения необходимых показаний". В частности, об этом рассказал адвокату Оксане Железняк один из отснятых для видео ФСБ моряков Сергей Цыбизов. Также он передал родным записку от руки: "У меня все хорошо. Не волнуйтесь. Всех люблю, целую!"

Записка Сергея Цыбизова. Источник: Facebook.27 ноября Киевский райсуд Симферополя отправил под арест в СИЗО до 25 января 12 украинских моряков, на следующий день – еще 9 военнослужащих, не сделав исключения даже для симферопольца Дениса Гриценко. К нему на заседание пришли родители и подтвердили, что в случае избрания Гриценко домашнего ареста, готовы обеспечить ему жилье и уход.

"Оставаясь на свободе и опасаясь тяжести наказания, не имея постоянного места жительства в РФ, являясь гражданином другого государства, может скрыться от предварительного следствия и суда, угрожать свидетелям, уничтожить доказательства", – таким образом следствие ФСБ аргументировало необходимость содержания в СИЗО каждого из моряков.

Аналогичные решение принял Керченский горсуд в отношении трех раненых военнослужащих. При этом адвокат Алексей Ладин узнал о прошедших судебных заседаниях поздним вечером из российских СМИ.

"В течение суток я не мог узнать, где именно в Керчи находится мой подзащитный Василий Сорока. Я весь день пытался дозвониться до следователя, чтобы расспросить о предстоящем заседании по избранию ему меры пресечения. В итоге, у следователя на телефоне пять пропущенных от меня звонков, одно смс и одно голосовое сообщение", – прокомментировал тогда ситуацию Ладин. Адвокат дополнил, что следствие подобным поведением дает основания предполагать, что к морякам применяются "какие-то недозволенные меры".

Следствие подобным поведением дает основания предполагать, что к морякам применяются "какие-то недозволенные меры"

В своем ходатайстве об аресте украинских военнослужащих замначальник следственного отдела крымского УФСБ Сергей Кулаков обвинил их в "пересечении государственной границы РФ без надлежащего разрешения, совершенном организованной группой" (ч. 3 ст. 322 Уголовного кодекса России; санкция статьи предусматривает наказание до 6 лет тюрьмы). Следствие настаивает, что моряки действовали "совместно и согласованно, совершая опасное маневрирование, создающее угрозу мореплаванию". Ни один из украинских военнослужащих свою вину в суде не признал.

"Юрий [Будзыло, мичман "Яны Капу"] сказал, что не имел доступа к документам и к информации о маршруте движения судна и был не в праве отдавать приказы другим членам экипажа. Все, что он знал, – это то, что они должны были дойти из порта Одессы до порта в Мариуполе", – рассказал адвокат моряка Айдер Азаматов.

Украинский буксир "Яны Капу" перед инцидентом. Источник: FSB."Стояли, ждали лоцмана, потом на нас напали. Ничьей границы мы не нарушали, виновным себя не считаю, – передал слова своего подзащитного, командира буксира "Яны Капу" Олега Мельничука адвокат Эдем Семедляев. – Он понимает, что это политические действия, которые Россия совершает для того, чтобы дискредитировать Украину".

Несмотря на то, что РФ упорно представляет захваченных моряков как нарушителей госграницы и "проводит" их по своему Уголовному кодексу, Украина четко и последовательно транслирует: действия России – вооруженная агрессия, захваченные военнослужащие – военнопленные и подпадают под защиту Женевской конвенции об обращении с военнопленными от 1949 года. Она же определяет специальный порядок их содержания и возможность выдачи или обмена.

"Все задержанные украинские моряки являются служащими ВСУ, которые находились при исполнении обязанностей и имели соответствующие идентификационные знаки. Это не оспаривает ни Россия, ни Украина. Соответственно, нет никаких сомнений в том, что украинские моряки являются комбатантами, а после задержания приобрели статус военнопленных", – разъясняет эксперт по международному праву Евгения Андреюк.

Сразу же после задержания украинских моряков Россия должна была сообщить Украине и Международному Комитету Красного Креста о всех действиях в их отношении и допустить к ним представителей международной гуманитарной организации. При допросе военнопленный обязан сообщить только свои фамилию, имя, звание, дату рождения и личный номер. Российские следователи не имели права задавать никакие дополнительные вопросы. Кроме того, российская сторона должна была предоставить морякам условия проживания, сходные с условиями российских военных, и ни в коем случае не помещать в СИЗО и ИВС.

Заключение в Крыму: солидарность и поддержка

После первого судебного дня стало понятно, что все украинские моряки отправятся в следственной изолятор на два месяца. Пока украинские ведомства занимались заявлениями и угрожали России санкциями, крымские активисты включились в работу. Ближе к полуночи 27 ноября активист национального движения крымских татар Нариман Джелялов заявил о сборе вещей первой необходимости, одежды и денег на нужды моряков. "У них с собой, кроме военной формы, ничего нет", – объяснили адвокаты.

12 арестованных в первый день военнослужащих ночевали уже в СИЗО Симферополя. Другие арестанты изолятора собрали для них немного чая, кофе и кое-какую одежду.

С утра следующего дня люди со всего полуострова несли к зданию суда гигиенические средства, одежду, обувь и продукты. Помимо этого волонтерам перечислили более 200 тысяч рублей. В то же время в Киеве о сборе денег объявил украинский журналист Осман Пашаев – за три дня ему отправили более 400 тысяч гривен.

С утра следующего дня люди со всего полуострова несли к зданию суда гигиенические средства, одежду, обувь и продукты

"Недавно кто-то мне написал в комментариях: "Украинцы, вы где?" Сейчас вот обычный украинец [из Крыма] передал 44 пары кроссовок [захваченным морякам]. Все абсолютно новые", – рассказал крымскотатарский активист Риза Асанов.

До позднего вечера 29 ноября волонтеры собирали и покупали нужные вещи и одежду, расфасовывали и взвешивали по нормам российского ФСИНа продукты, готовя передачи в СИЗО украинским морякам. В самый разгар работы адвокатам военнослужащих поступили первые сообщения о вывозе их подзащитных из Крыма.

"Ни у родственников арестованных моряков, ни у моих коллег нет [точной] информации об их месте нахождения. Ответы сотрудников правоохранительных органов о невозможности встретиться адвокатам со своими подзащитными без указания причин уже не удивляют. Каждый час появляется противоречивая информация: один источник утвердительно заявляет о том, что моряки в СИЗО Симферополя, тут же другой источник безапелляционно утверждает, что их уже разместили в "Лефортово", – прокомментировала ситуацию крымский адвокат Эмине Авамилева.

Записка моряку Андрею Опрыско от матери. Источник: Facebook.Только к полуночи все источники адвокатов и активистов сошлись на том, что украинских моряков, включительно с ранеными, вывезли в Москву. После подтверждения этой информации в Москве российская журналистка Виктория Ивлева также объявила сбор денег на дальнейшие нужды украинцев. За три дня ей перевели без малого 400 тысяч рублей.

З декабря крымскотатарские активисты доставили в Москву подготовленные на полуострове передачи. "Мы с друзьями взяли на себя ответственность привезти собранные для них в Крыму вещи и продукты и с помощью наших друзей здесь передать им в руки, чтобы они, находясь в столь невеселом месте, чувствовали себя нормально", – объяснил Джелялов. Помогали крымчанам в этом московские активисты и правозащитники.

Москва: "стандартные условия"

Утром 30 ноября крымский омбудсмен Людмила Лубина официально подтвердила информацию, что весь состав экипажей трех кораблей ВМС Украины вывезли из полуострова в Москву "на время следствия". К обеду представители общественной наблюдательной комиссии российской столицы нашли 21 моряка в СИЗО "Лефортово", а 3 раненых – в медчасти изолятора "Матросская тишина".

"Арестанты живут в стандартных условиях – это камеры полтора на два метра, железные кровати, матрацы, шерстяные одеяла, стены покрашены зеленой краской; позже их переведут в камеры с соседями, где будут холодильники и, возможно, телевизоры. Украинцы рассказали, что чувствуют себя нормально. Утром ели гречневую кашу, час провели на прогулке в тюремном дворике, после обеда им принесут книги", – сообщила член ОНК Москвы Когершын Сагиева после визита в "Лефортово". Она добавила, что жалоб у моряков на условия содержания нет, единственное – переживают, что остались без связи с родственниками.

О раненых военнослужащих рассказал другой член столичной ОНК Павел Пятницкий. По его словам, Василий Сорока получил осколочное ранение руки, Андрей Эйдер – осколочные ранения ног, Андрей Артеменко – осколочное ранение руки и повреждение белков глаз.

"Сразу после поступления всех троих осмотрели терапевт, хирург, невропатолог и инфекционист. Им сделали ЭКГ, УЗИ, взяли анализы. Артеменко дополнительно осмотрит офтальмолог. Состояние всех трех пациентов главврач больницы оценивает как стабильное и удовлетворительное", – подытожил Пятницкий.

Российский адвокат Николай Полозов, который защищает капитана Дениса Гриценко и координирует общую защиту украинцев, подчеркивает, что вся информация о состоянии здоровья и условиях содержания моряков нуждается в официальных подтверждениях. До сих пор следственное управление ФСБ не допустило к пленным ни адвокатов, ни украинских дипломатов, ни украинского омбудсмена Людмилу Денисову.

"В "Лефортово" сложилась такая практика, что для допуска адвоката к подзащитному требуется разрешение следователя. На текущий момент следственное управление ФСБ на мои заявления о вступлении в дело и допуске в СИЗО не ответило. До сих пор не известно, кто следователь по делу, сформирована ли следственная группа и передали ли дело из Симферополя в Москву", – объясняет Полозов.

"До сих пор не известно, кто следователь по делу, сформирована ли следственная группа и передали ли дело из Симферополя в Москву"

Впрочем, адвокат считает, что защита может и должна использовать эту паузу, "зачем-то взятую органами ФСБ", для согласования позиции. На данный момент первостепенное задание – сформировать команду адвокатов из заявленных "порядка 50 человек": "важно, чтобы в этой команде не было кротов от спецслужб". Полозов отмечает, что такая тактика противодействия защите – вполне стандартная в тяжелых политических процессах .

Что касается развития событий по делу, в ближайшее время Верховный суд Крыма должен рассмотреть апелляционные жалобы украинских моряков на избрание им меры пресечения в виде содержания в СИЗО. При этом захваченные военнослужащие будут участвовать в заседаниях скорее всего по видеоконференцсвязи из московских изоляторов.

Несмотря на активное вовлечение адвокатов в дело украинских моряков, Полозов уверен, что их судьба зависит "целиком и полностью" от политической воли Кремля: "Определенно можно сказать, что в российских судах не решается абсолютно ничего. Их задача – оформить политическую волю власти в процессуальную форму. Решение будет зависеть от политической конъюнктуры: если она будет неблагоприятной, то решение об обмене созреет раньше, если нет – то зачем заниматься этим вопросом? Пусть себе сидят".

 

About the author

Алена Савчук – украинский репортер, последние 2,5 года работала в Крыму на судебных процессах над политическими заключенными.


We encourage anyone to comment, please consult the
oD commenting guidelines if you have any questions.