Print Friendly and PDF
only search openDemocracy.net

ФСБ предупреждает: отказ "сотрудничать" влечет за собой не менее 12 лет тюрьмы

Спецслужбы в Крыму знают, как посадить человека без вины. За четыре года аннексии ФСБ поставила на поток уголовное преследование крымских татар – практикующих мусульман по террористической статье. English

Дочь Арсена и Зарины Джеппаровых Эвелина рассматривает фотографию родителей. Фото: Алина Смутко. Все права защищены.– Я всеми возможными и невозможными путями докажу, что он виновен, даже если он не виновен, – это первое, что услышали родные Арсена Джеппарова от следователя Федеральной службы безопасности (ФСБ), когда его подчиненные сломали ворота и вошли во двор к матери крымского татарина. Этим человеком был старший лейтенант ФСБ Александр Компанейцев – бывший сотрудник Службы безопасности Украины, известный как инициатор избиения и ареста крымского правозащитника Эмир-Усеина Куку, а также активный вербовщик "свидетелей" по "делам Хизб ут-Тахрир" на полуострове.

К Арсену Джеппарову ФСБ приходила трижды. В первый раз – за две недели до ареста – на работу в котельную. В тот раз Компанейцев прямым текстом сказал Джеппарову, что от него нужны обвинительные показания против уже арестованных на тот момент четырех фигурантов ялтинского "дела Хизб ут-Тахрир". Арсен отказался, после чего с подачи ФСБ его уволили из котельной, дав плохую характеристику.

Вторая встреча произошла ровно через неделю, когда Джеппаров ехал на подработку на стройке. Прямо у поста дорожно-патрульной службы (ДПС) его машину подрезал другой автомобиль. Полиция сразу же остановила Джеппарова, рядом затормозила машина нарушителя. Из нее вышли уже знакомые сотрудники ФСБ, двое из них – в форме и с автоматами. Они приказали Джеппарову и еще четырем парням в автомобиле покинуть его и обыскали машину. Один из парней в процессе попытался возразить силовикам, за что получил удар в грудь прикладом автомата. Тем временем сотрудники ДПС стирали видеозапись со своей камеры, которая сняла происшествие. У Джеппарова переспросили, не передумал ли он по поводу свидетельских показаний – тот ответил, что нет. Тогда на него составили админпротокол за управление автомобилем в нетрезвом состоянии. В итоге Джеппарова лишили водительских прав и оштрафовали на 30 000 рублей.

Сотрудник российских спецслужб во время одного из обысков у крымских татар. Фото: Алина Смутко. Все права защищены.– Пацан, соглашайся. Не знаю, что они от тебя хотят, но соглашайся, иначе они тебя задавят, – это было последнее, что услышал Арсен Джеппаров от сотрудника ДПС, составившего протокол.

Еще через неделю, в 6 утра понедельника, к нему домой пришли с обыском, после чего задержали и в итоге арестовали. Супруга Джеппарова Зарина вспоминает, что в последние дни до этого муж был особенно молчалив. Однажды она увидела, как Арсен искал в интернете информацию о негласных правилах поведения в тюрьме.

– Уезжать было поздно – его бы уже не выпустили из Крыма. Но о том, чтобы соглашаться на их условия, даже речи не было, – рассказывает Зарина. – Ведь как можно оболгать людей, которых в глаза ни разу не видел? Он мне говорил: "У них тоже дети, семьи. Как я потом буду своему ребенку объяснять, что такое совесть и честь?"

Супруга Арсена Джеппарова Зарина выходит из своего дома в поселке Краснокамянка, Крым. Фото: Алина Смутко. Все права защищены.На выходных накануне ареста Арсен повез Зарину на набережную Ялты.

– Он уже знал, что его заберут. Вот мы и погуляли у моря напоследок, – с грустью вспоминает молодая женщина.

Лица крымского "терроризма"

Арсен Джеппаров – один из 28 фигурантов "дела Хизб ут-Тахрир" на полуострове. По версии российского следствия, все они – члены ячеек "радикальной исламистской террористической организации", для украинских и российских правозащитников – политические узники, преследуемые за религиозные убеждения. Пятеро крымских мусульман осуждены либо обвиняются в организации террористических групп, 23 – в участии в их деятельности (ст. 205.5 Уголовного кодекса РФ). "Организаторам" грозят тюремные сроки вплоть до пожизненного лишения свободы, "участникам" – до 20 лет колонии.

"Группа поддержки" заключенных мусульман у здания Верховного суда Крыма. Среди женщин - супруги и дочери обвиняемых в терроризме крымчан. Фото: Алина Смутко. Все права защищены.Четырех крымских татар российский суд уже приговорил к тюремным срокам. Севастопольцы Рустем Ваитов и Нури Примов получили 5 лет колонии общего режима, Ферат Сайфуллаев – 7 лет, а Руслан Зейтуллаев, как "организатор террористической группы", – 15 лет колонии строгого режима. При этом суд первой инстанции не счел доказательства его вины убедительными и приговорил Зейтуллаева к 7 годам, переквалифицировав Руслана с "организатора" на "участника". Адвокат севастопольца Эмиль Курбединов назвал тогда решение суда "победой, учитывая российские реалии".

Однако гособвинитель оспорил приговор в Верховном суде РФ – высшая инстанция направила дело на новое рассмотрение. И тот же Северо-Кавказский окружной военный суд в Ростове-на-Дону, рассмотрев те же доказательства вины, осудил Зейтуллаева уже на 12 лет колонии строгого режима. Под конец этого процесса Руслан Зейтуллаев объявил голодовку в надежде, если не повлиять на свой приговор, то привлечь больше внимания к преследованиям крымских татар на полуострове: "Свою вину в инкриминируемом мне преступлении за два с лишним года я не признал и не признаю. И я надеюсь, что это может понять любой разумный человек. Потому что грош цена этому обвинительному заключению, где каждый факт, изложенный в нем, извращен".

Но и 12 лет оказалось мало: прокурор снова оспорил решение в Верховном суде РФ, который вынес окончательный приговор – 15 лет колонии строгого режима. Так Руслан Зейтуллаев стал первым крымчанином в истории полуострова, осужденным Россией за "организацию терроризма".

Дочери политузника Руслана Зейтуллаева Сабрие, Мумине и Нурие играют у себя во дворе в поселке Орлиное, Крым. Фото: Алина Смутко. Все права защищены. Сейчас военный суд в Ростове рассматривает второе крымское "дело Хизб ут-Тахрир" – так называемой ялтинской группы, в которую входит Арсен Джеппаров. В феврале 2016 года сотрудники ФСБ провели обыски и арестовали четырех мусульман из Большой Ялты: председателя местной общины Муслима Алиева, правозащитника Эмир-Усеина Куку, рыночного торговца Вадима Сирука и школьного сторожа Инвера Бекирова. Через два месяца, в апреле, задержали Джеппарова и Рефата Алимова.

Бекиров, Джеппаров и Алимов жили рядом друг с другом в одном поселке – Краснокаменка. Рефат и Арсен – друзья детства, а еще Алимов приходится племянником Бекирову. Его также убеждали дать показания против дяди, но парень отказался. Следствие утверждает, что Джеппаров и Алимов приходили на запрещенные встречи в школьную сторожку Бекирова. Родные и адвокаты уверены: уголовное преследование Арсена и Рефата – это расплата за нежелание "сотрудничать" со спецслужбами и назидание другим "свидетелям", что не стоит прекословить.

Место, где перестаешь ощущать себя человеком

Последние полгода шестеро фигурантов этого дела находятся в следственных изоляторах Ростова-на-Дону, до этого без малого два года – в нечеловеческих условиях Симферопольского СИЗО, одного из самых перенаселенных, по признанию российской Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН). "Численность лиц (…) превышает установленный лимит его наполнения в 1,8 раза", – говорится в документе от 6 апреля. В нем же речь идет о вынужденной "реконструкции режимных корпусов", построенных еще 1803 и 1965 годах.

На практике это означает, что заключенные спят по очереди, поскольку людей в камерах больше, чем коек. Из-за тотальной антисанитарии множатся блохи и клопы, от их укусов раны гноятся и долго не заживают. В еде находят тараканов, более того, иногда мусульманам приносят блюда из свинины, хотя руководство изолятора знает, что ислам ее запрещает. Врачи крайне редко посещают заболевших и не назначают им лекарства – "одна таблетка анальгина от всего".

Симферопольский СИЗО, Крым. Фото: Алина Смутко. Все права защищены.Арсен Джеппаров из-за халатности тюремных медиков едва не умер. В ноябре 2016 года у него образовался свищ на ягодице, но вместо лечения Джеппаров получил 10 суток карцера за то, что якобы не побрился. Пока отбывал наказание, свищ прорвал.

– Никто к нему не приходил и ничем не помогал. Он так и сидел в этой одежде для карцера, мокрой, грязной, с необработанной раной, а рядом крысы бегали огромные, как коты, – Зарина пересказывает слова мужа. В тот раз его все же доставили в больницу и прооперировали, но отправили обратно в камеру, не дав отойти от наркоза.

В марте 2017-го у Джеппарова опять образовался свищ – за левым ухом. Его замучили головные боли вплоть до потери сознания, высокая температура, потеря слуха, гной из уха – и снова никакой реакции тюремных медиков. Родные и адвокат Джеппарова Джемиль Темишев неделями писали разнообразные прошения и жалобы в СИЗО, прокуратуру, омбудсменам Крыма и России, переживая, что это попросту убьет Арсена. Только благодаря упорству и огласке удалось добиться его лечения.

Адвокат Арсена Джеппарова Джемиль Темишев (справа) выступает на заседании общественного объединения родственников заключённых и активистов "Крымская солидарность". Фото: Алина Смутко. Все права защищены.Два месяца назад подобная история приключилась с другим фигурантом "дела Хизб ут-Тахрир" Узеиром Абдуллаевым. У него развилось гнойное образование на ноге, которое медики игнорировали несколько дней. Дошло до того, что нога опухла настолько, что Абдуллаев не мог передвигаться, а температура держалась на отметке больше 40 градусов. Родные опасались, что халатность медперсонала может довести Абдуллаева до ампутации ноги.

Условия СИЗО настолько невыносимые, что среди арестантов участились попытки суицида. В апреле этого года неестественной смертью в изоляторе умерли как минимум четыре человека. Администрация настаивает на самоубийствах.

Кухонные террористы

14 февраля военный суд в Ростове-на-Дону приступил к рассмотрению по существу ялтинского "дела "Хизб ут-Тахрир". Кроме организации или участия в деятельности террористической группы, шестерым крымчанам инкриминируют попытку насильственного захвата власти (ст. 278 УК РФ предполагает наказание до 20 лет лишения свободы). Никто из подсудимых не признал свою вину ни в одном из преступлений.

"Обвинение абсурдны по своей сути: каким образом шесть человек, не обладающие ни огромными финансовыми ресурсами, ни поддержкой высшего генералитета Вооруженных Сил РФ, могут захватить власть в мощной ядерной державе с миллионной армией, включая космические силы?! Однако ФСБ это обстоятельство нисколько не смущает, она продолжает лепить из нас образ террористов, фальсифицируя “доказательства” мнимой вины в самых мрачных традициях НКВД, демонстрируя, что в нынешней России мало что изменилось со времен Сталина", – так охарактеризовал результат следствия правозащитник Эмир-Усеин Куку в открытом обращении, которое сумел передать через адвоката на последнем судебном заседании.

Дочери фигурантов ялтинского “дела Хизб ут-Тахрир” Эмир-Усеина Куку и Арсена Джеппарова Сафие и Эвелина в доме Куку в поселке Кореиз, Крым. Фото: Алина Смутко. Все права защищены.Как и в севастопольском, в ялтинском "деле Хизб ут-Тахрир" обвинение строится на показаниях засекреченных свидетелей и аудиозаписях прослушки "кухонных" разговоров мужчин о политической ситуации в России, Украине, судьбе Крыма, месте ислама в обеих странах, религиозных нормах. Суд уже допросил нескольких свидетелей обвинения и некоторые из них изменили свои показания, данные следователю год-полтора назад, и в заседании положительно охарактеризовали подсудимых. Более того, один из секретных свидетелей прямо в процессе допроса заявил, что хочет выступать открыто, чем поставил гособвинение в тупик.

– В суде Шамиль Ильясов рассказал, что работал в школе вместе с Инвером Бекировым и что Бекиров хорошо разбирается в исламе и многие жители села обращались к нему по религиозным вопросам. А в его показаниях следователю говорится, что Инвер Бекиров – адепт организации "Хизб ут-Тахрир". Но эти показания человек давал в управлении ФСБ, куда его вывезли после обыска в доме. Я считаю, что тогда он действовал под давлением, – высказал единую позицию защиты адвокат Рефата Алимова Эдем Семедляев.

После этого ФСБ попыталась дискредитировать показания Ильясова. Глава крымской спецслужбы Виктор Палагин передал в суд ходатайство с просьбой приобщить к материалам дела якобы найденную у одного из подсудимых записку. В ней Муслим Алиев просит Инвера Бекирова связаться с тремя свидетелями обвинения и сказать им, что "давать лживые показания против людей нельзя". По версии следствия, она подтверждает, что фигуранты дела пытались оказать давление на свидетелей.

Адвокат Вадима Сирука Эмиль Курбединов кратко прокомментировал ходатайство Палагина: "Это месть ФСБ за раскрытого свидетеля". Защитник Муслима Алиева Сергей Легостов подчеркнул, что записка появилась в деле "как нельзя кстати для обвинения", при этом решение суда приобщить ее к материалам дела – незаконно и необоснованно.

– Записку представил орган, который не выступает стороной по делу. В деле есть прокурор, и только он имеет право представлять какие-либо доказательства. Иначе завтра слесарь из ЖЭКа придет к нам в суд что-нибудь приобщать, – суммировал адвокат.

Адвокат фигуранта ялтинского "дела Хизб ут-Тахрир" Муслима Алиева Сергей Легостов и супруга Наджие Алиева. Фото: Алина Смутко. Все права защищены.Суд также допросил следователя ФСБ Александра Компанейцева. Он заявил, что Муслим Алиев руководил "ялтинским и алуштинским регионом" Хизб ут-Тахрир. Ему подчинялся Инвер Бекиров, лидер "ялтинского региона", которому в свою очередь подчинялись Вадим Сирук, руководитель "ялтинской ячейки" и Эмир-Усеин Куку, лидер "ячейки в Кореизе и Симеизе". Также Бекиров завербовал Рефата Алимова и Арсена Джеппарова, у которых "не было своих учеников". Кроме того Компанейцев утверждал, что все подсудимые готовили захват власти в Крыму. В ответ Инвер Бекиров рассказал, что впервые увидел сотрудника ФСБ уже в СИЗО, куда Компанейцев пришел склонять его к сотрудничеству. В противном случае он угрожал Бекирову арестовать его племянника Рефата Алимова. Бекиров отказался и Алимова задержали через несколько месяцев.

Создать и ликвидировать врага

Международная правозащитная организация Amnesty International признала Эмир-Усеина Куку "узником совести" и призвала Россию немедленно прекратить преследование "ялтинской шестерки".

– Куку неоднократно подвергался давлению со стороны ФСБ до ареста 12 февраля 2016 года, а в его доме дважды проводился обыск. Его жена и малолетний сын подвергались преследованиям и запугиванию со стороны агентов российских спецслужб, в то время, когда правозащитник уже находился за решеткой, – заявила директор Amnesty International-Украина Оксана Покальчук.

В марте этого года российский правозащитный центр "Мемориал" также признал фигурантов ялтинского "дела Хизб ут-Тахрир" политзаключенными и потребовал их немедленного освобождения. По мнению правозащитников, обвинения необоснованны, а подсудимые не только не занимались террористической деятельностью, но и в целом не совершали никаких общественно-опасных действий.

– "Ялтинское дело" – часть репрессивной кампании, развернутой российскими силовиками на оккупированном полуострове. Кроме того, "дела Хизб ут-Тахрир" относятся к числу так называемых "серийных": ФСБ достигает "высоких результатов" (десятки осужденных) с минимальными усилиями, практикуя массовые преследования на пустом месте, – говорится в заявлении "Мемориала".

Мужчины совершают намаз во дворе дома Эмир-Усеина Куку в годовщину ареста "ялтинской четверки". Фото: Алина Смутко. Все права защищены.Согласно данным правозащитной организации, в настоящее время в России 237 человек лишены свободы по делам о причастности к исламской партии Хизб ут-Тахрир, признанной в этой стране террористической организацией решением Верховного суда РФ от 2003 года. 108 человек уже осуждены, из них 27 получили сроки свыше 15 лет, 13 – от 10 до 15 лет включительно; над 33 фигурантами в настоящее время идет суд; 96 человек находятся под следствием. "Мемориал" уточняет: "Список заведомо неполный".

Благодаря решению Верховного суда РФ следствию больше не надо доказывать, что фигуранты дела "планировали теракт" – достаточно лишь установить связь между ними и партией Хизб ут-Тахрир. Но и это иногда оказывается непосильной задачей.

Мать Рефата Алимова Эмине во время коллективного дуа (молитвы) в годовщину ареста "ялтинской четверки" в доме Эмир-Усеина Куку. Фото: Алина Смутко. Все права защищены.В Украине партия "Хизб ут-Тахрир" действует легально. До аннексии Крыма ее сторонники организовывали на полуострове конференции и митинги. Своей целью партия называет "возрождение исламского образа жизни в тех странах, где он подвергся забвению, и распространение исламской идеологии по всему миру". Она работает на то, чтобы воссоздать халифат, объединяющий весь исламский мир, но борется за это показательно ненасильственным способом. Радикальные исламистские организации не раз критиковали это политическое движение за "уклонение от джихада".

Многие независимые правозащитные организации (Human Rights Watch, Amnesty International, правозащитный центр "Мемориал", Комитет "Гражданское содействие", "За права человека", Центр "Сова") считают, что деятельность партии никак нельзя назвать терроризмом, а подсудимых в "делах Хизб ут-Тахрир" признают политзаключенными.

– За "Хизб ут-Тахрир" не отмечено ни одного террористического акта. По моему убеждению, превращение деятелей этой партии в мучеников только увеличивает ее ряды. Судить их за подготовку свержения строя так же безосновательно, как судить коммунистов за идею построения коммунизма во всем мире или теорию отмирания государства, – считает председатель Комитета "Гражданское содействие" Светлана Ганнушкина.

Сын Эмир-Усеина Куку Бекир (слева) совершает намаз в годовщину ареста отца; дочь Арсена Джеппарова Эвелина стоит в двери. Фото: Алина Смутко. Все права защищены.Тем временем в ростовском военном суде обвинение продолжает представлять свои доказательства по ялтинскому "делу Хизб ут-Тахрир". Сами подсудимые и их адвокаты настроены пессимистически.

– Конечно, мы обжалуем обвинительный приговор в Верховном суде России, но в целом вся работа защиты направлена на перспективу рассмотрения дела в Европейском суде по правам человека, – говорит адвокат Рефата Алимова Эдем Семедляев.

Единственная надежда для политузников – обмен, как в случае с зампредами Междлиса крымскотатарского народа Ильми Умеровым и Ахтемом Чийгозом. Однако и на него полагаться трудно. "Тот факт, что темпы вызволения наших политзаключенных поистине черепашьи – 5 человек за 4 года, – указывает на неэффективную работу соответствующих государственных структур (Украины). Несложно подсчитать, сколько времени потребуется для освобождения всех узников", – писал в своем недавнем обращении Эмир-Усеин Куку.

Супруга и дочь Арсена Джеппарова Зарина и Эвелина у себя дома в поселке Краснокаменка, Крым. Фото: Алина Смутко. Все права защищены.– Арсен говорит мне: с пятью годами я бы еще как-то смирился, выйду – мне 30 будет, но 12 лет и больше – это же дочка взрослая будет, замуж пора. Времени жаль детского, – рассказывает супруга Джеппарова.

Эвелине, дочери Арсена и Зарины, сейчас семь лет. Недавно девочка написала письмо отцу в ростовское СИЗО: "Как дела у тебя, любимый бабашечка (папочка – с крымскотатарского). Чем занимаешься? Я по тебе очень-приочень скучаю. Как ты там питаешься, какой едой и вообще, какое у тебя настроение? Все ли у тебя в порядке? Кто бы знал, как я по тебе соскучилась. По ночам о тебе думаю и иногда поплакать хочется".

 


We encourage anyone to comment, please consult the
oD commenting guidelines if you have any questions.