Print Friendly and PDF
only search openDemocracy.net

Политика неполитизации политики

Многолетние социальные и экологические протесты в Армении привели к пониманию, что требования должны быть политическими. English

Июль 2015: cотрудники полиции выстроились в ряд у тротуара на площади Республики в Ереване, чтобы не позволить активистам движения "Вставай, Армения! пройти к центральной части площади. (c) Асатур Есаянц / VisualRIA. Все права защищены.Несколько дней назад ко мне домой ворвались сотрудники Службы принудительного исполнения. Они заявили, что у меня есть несколько штрафов по административным судебным делам, которые связаны с моим участием в протестных движениях и гражданских инициативах.

Как оказалось, суд постановил во всех случаях взыскать с меня по 53 000 драм (около 100 евро, чуть меньше половины моей зарплаты). После которых я возвращалась домой в синяках, облитая водой из водомёта. Мой случай - не единичный. Так правительство Армении наказывает и давит на людей, которые хотят изменить ситуацию в стране к лучшему. Около пятисот человек были арестованы и задержаны во время этих протестов, и более двухсот подверглось, как и я, политическим гонениям и административным взысканиям за активность в общественно-политической жизни страны. Число политических заключенных тоже растет.

Я, как и многие мои товарищи, участвовали во многих протестных движениях, многие из которых воспринимались нами как сугубо «социальные». Но будь проблемы, за решение которых мы боролись, только социальными или экономическими, не думаю, что правительство подвергало бы стольким гонениям участников протестов.

Противопоставление «социального» и «политического» митинга искусственно создано проправительственными силами и до тех пор, пока мы не разрушим это противопоставление «политизированности/неполитизированности» митинга, говорить о системных и корневых изменениях в Армении не придется. 

«Не политизируйте парламент!» 

Эта фраза, принадлежащая спикеру парламента Галуста Саакаяна, полностью описывает ситуацию в Армении. У дискурса «политизированности/неполитизированности» любой гражданской инициативы есть два источника. 

Во-первых, под политизированным протестом люди в Армении понимают любую гражданскую активность, нацеленную на смену власти и революцию. Это связано с горьким опытом событий 1 марта 2008 года, когда центральные улицы Еревана были залиты кровью протестующих граждан, проводивших с 20 февраля мирную демонстрацию против сфальсифицированных результатов выборов.

1 марта 2008: в Ереване произошли массовые столкновения сторонников оппозиции и силовиков. Источник: Wikipedia. Второй аспект связан с пониманием того, что означает заниматься политикой и у кого есть на это право. В Армении само понятие гражданственности отождествляется с лояльностью, уважением к органам власти и верностью действующим законам. Кроме того, в Армении распространено убеждение, что только привилегированная элита и партии имеют право и могут профессионально заниматься политикой. Те, кто осмелились выступать против этих представлений, были названы «маргиналами» и «группой нервно дрожащих в судорогах».

В период 2008-2016 различные гражданские инициативы пытались поднимать локальные проблемы и в некоторых случаях решать их, но говорить о полномасштабных протестных движениях, которые могли бы бросить вызов властям, стать им противовесом и способствовать кардинальным изменениям в обществе, не приходится. 

Ключевую роль в переходе от сугубо экологического и социального к гражданскому сыграла трехмесячная борьба Маштоцского парка

В основном, поднятые этими инициативами и движениями проблемы были социального или экологического характера: борьба за водопад Трчкан, за сохранение летнего зала кинотеатра «Москва», гражданская инициатива «Спасем Техут». Решения этих проблем должны были быть политическими, но в большинстве случаев вопросы принимались волюнтаристски. 

Борьба Маштоцского парка: «Общественное - обществу!»

«Социальные» и «экологические» митинги воспринимались как не имеющие никакого отношения к борьбе за смену власти, как средство решить частную проблему. 

Ключевую роль в переходе от сугубо экологического и социального к гражданскому сыграла трехмесячная борьба Маштоцского парка. В декабре 2011 года демонтированные на улице Абовяна торговые павильоны мэрия переместила в парк Маштоц, что вызвало волну недовольства. 

Первые протесты против уничтожения зеленых зон организовала социальная инициатива «Мы хозяева нашей страны» в конце января 2012. Эти протесты быстро перешли в массовые демонстрации и захват протестующими стройплощадки. В феврале началась трехмесячная сидячая демонстрация. Как отмечает один из самых ярких представителей движения Маштоцского парка, Ваграм Согомонян, «характерной особенностью этой борьбы было то, что борьба за природу, за деревья и цветы в течение трех месяцев переросла в переосмысление общественного пространства».

Недаром одним из лозунгов этого протеста, в дальнейшем ставшим слоганом гражданской борьбы, было выражение: «Общественное – обществу!»

2012: борьба за Маштоцкий парк, Ереван. Источник: Wikipedia. Как сказал Согомонян, Парк Маштоца превратился в «горизонтальную, децентрализованную платформу самоорганизации, объединяющую самого разного рода людей». Именно в Парке Маштоца участники инициативы поставили под сомнение миф о «неполитизированной» борьбе за решение частных проблем. В апреле 2012 года участники сидячей демонстрации Маштоцского парка и другие граждане провели акцию «Самоопределившийся гражданин хоронит олигарха», во время которой несколько граждан демонстративно похоронили чучело олигарха как символа старого образа мышления, основанного на патриархальных принципах. 

Эта тенденция – решать все вопросы не по закону, а по принципу «Тарон джан, некрасиво» продолжается до сих пор

Однако эта борьба, как и прежде, столкнулась с той же проблемой: вопрос о парке был решен только на «этической» основе, юридического решения так и не было. Занимающий пост президента Серж Саргсян 1мая 2012 года посетил Парк Маштоца вместе с мэром города Ереван Тароном Маргаряном. «Тарон, ты все правильно сделал, мэрия Еревана работает эффективно, но посмотри - некрасиво ведь»,- сказал Саргсян Тарону Маргаряну и распорядился демонтировать павильоны в парке.

Эта тенденция – решать все вопросы не по закону, а по принципу «Тарон джан, некрасиво» продолжается до сих пор.

«Король умер: да здравствует гражданин!»

После сфальсифицированных выборов 2013 года начались массовые студенческие забастовки. Затем последовало создание платформы «Азатагрум» («Освобождение»), которая начала еженедельно устраивать обсуждения проблем правового государства, необходимости самоорганизации и ненасильственных методов борьбы.

По всему городу в подземных переходах и улицах можно было найти лозунги: «Король умер: да здравствует гражданин!», «Осознанное право – сила!», «Сопротивляйся, когда на тебя давят и применяют силу!», «Мы хозяева своей страны». «Азатагрум» сыграла в дальнейшем огромную теоретическую и практическую роль во время протестов против повышения транспортных тарифов.

Самыми мощными гражданскими инициативами, которые поднимали социальные вопросы, были инициативы «Платим сто драм», «Я против!» и «Нет грабежу!», в дальнейшем «ElectricYerevan».

Толерантность и сотрудничество в рамках этого движения сплотили людей самых разных слоев общества

Социальная инициатива «Платим сто драм» выделилась среди других тем, что внедрила в движение демократические принципы, горизонтальный метод принятия решений. Толерантность и сотрудничество в рамках этого движения сплотили людей самых разных слоев общества, которые в основном воспринимали инициативу как «социальную» и финансовую, касающуюся всех: ведь поднятие тарифов на транспорт сказывалось на жизни всего общества.

В парке Маштоца, ставшим символом свободы слова, ежедневно по вечерам проводились публичные обсуждения, во время которых каждый мог поднимать руку, делать предложения или замечания по поводу проходящих акций. Через несколько дней даже Валерию Осипяну, заместителю начальника полиции Еревана, пришлось стать в очередь, чтобы получить возможность высказаваться. За несколько дней каждая автобусная остановка и общественный транспорт превратились в маленькие очаги неповиновения, каждый гражданин, плативший сто драм, вольно или невольно становился участником этого движения и в некотором смысле уже политизировался.

Однако власти испугались того, что это многотысячное движение имеет большой шанс перерасти в комплексную борьбу против. Мэр Еревана Тарон Маргарян 26 июля 2013 года приостановил решение о повышении цен на тарифы транспорта. Это было тем же неюридическим, неправовым шагом по принципу «Тарон джан, некрасиво». 

На этот раз некоторые члены инициативы решили перевести борьбу на другой уровень и объявили сидячую демонстрацию у стен мэрии с требованием снять с должности коррумпированных чиновников Генриха Навасардяна, начальника отдела транспорта, и Мисака Амбарцумяна, директора «Еревантранса». К сожалению, за время изнурительной трехмесячной сидячей демонстрации добиться положительного результата не удалось. 

«Я против!» и «ElectricYerevan» 

Одно из самых популярных инициатив, «Я против!», выбрала другую тактику и мобилизировала партии и многих политиков (от чего напрочь отказались другие две инициативы). 

Активный член координационной группы этой инициативы Србуи Казарян вспоминает: «Инициатива провела ряд встреч с 4 фракциями Национального Собрания Армении, имея целью, во-первых, обратиться с искомв Конституционный суд РА по поводу некоторых статьей закона «О накопительной пенсионной системе», так как они явно противоречили положениям Конституции о защите права собственности, а также положению о возрастной дискриминации. Во-вторых, уже после признания этих статей антиконституционными, осуществить изменения в законе, предоставив право выбора вступления в данную накопительную систему на добровольных началах.

Гражданские инициативы снова столкнулись с той же дилеммой: да, проблема была социального характера, но без «политизации» мы ничего не можем добиться

Четыре парламентские фракции обратились в Конституционный Суд Республики Армения, где 28 марта 2014 года начались обсуждения, в результате чего 2 апреля 2014 года Конституционный Суд вынес решение, объявив названные статьи антиконституционными, и призвал Правительство и Национальное Собрание страны в 6-месячный срок осуществить необходимые изменения». Таким образом, «Я против!» удалось дать проблеме компромиссное решение, использовав партии как рычаг, хотя это привело к легитимизации псевдооппозиции.

С июня 2014 года, когда правительство объявило о повышении тарифов на электроэнергию на 10%, сформировалась инициатива «Нет грабежу!», во время митинга у 23 июня 2014 полиция применила грубую силу, были потерпевшие, около 20 человек задержали. На этот раз инициативе не удалось достичь поставленных перед собой целей. В апреле 2015 прошли слухи о новом повышении тарифов электроэнергию. На этот раз «Нет грабежу» решили устроить публичные обсуждения в парке Маштоца, и 17 мая состоялась многолюдная акция протеста «Высокое напряжение». 

Несмотря на давление общественности, Комиссия по регулированию общественных услуг Армении 17 июня приняло решение о повышении тарифов. За этим последовала сидячая демонстрация на Площади свободы и в ночь с 22 на 23 июня демонстранты перекрыли проспект Баграмяна. Утром 23 июня, около пяти часов полиция применила водомет против мирных демонстрантов (многих из нас по дороге избивали, было много потерпевших), около 250 человек было задержано, у 24 журналистов повредили технику. 

Июль 2015: участники акции протеста на площади Свободы в Ереване. (с) Кирилл Каллиников / VisualRIAN. All rights reserved. Я хорошо помню, как в тот момент, когда полицейские открыли насос водомета, полицейские в гражданской одежде напали на демонстрантов сзади и начали избивать нас. В полицейском участке многим задержанным не предоставляли первую медицинскую помощь, пока мне втайне не удалось связаться подругой журналисткой и рассказать, где и в каком состоянии мы находимся. Меня отпустили только после 16 часов задержания, так и не выяснив мою личность и без какого-либо административного оформления. В течение этого времени нам не предоставили даже еды. Фактически, это можно назвать похищением. 

Вечером, когда задержанных отпустили, улица Баграмян была снова перекрыта, и на этот раз надолго. Протестующие построили баррикады из мусорных баков. Снова возникла дискуссия, нужно ли политизировать протест, то есть, требовать смену власти нужно ли проводить параллели с украинским Майданом – так и возник лозунг «Это не Майдан! Это Баграмян!» Двухнедельная сидячая демонстрация и перекрытый проспект Баграмяна, однако, не дали положительного результата. 6 июля полиция силой удалило последних оставшихся граждан с проспекта. Борьба угасла.

Гражданские инициативы снова столкнулись с той же дилеммой: да, проблема была социального характера, но без «политизации» мы ничего не можем добиться, ведь все решения по этим социальным проблемам принимаются политиками не на основе закона, а на основе принципа «Тарон джан, некрасиво». 

Если обобщить опыт в сфере гражданского неповиновения, то можно сказать, что в течение этих нескольких лет каждый из нас, участников этих протестов, прошел через политическую школу и постепенно пришёл к пониманию собственной значимости в общественно-политической жизни страны. Мы становимся ответственными гражданами нашего государства. И теперь, в этот сложный полувоенный период (мы стали больше осознавать важность наших действий, важность построения конституционного строя и публичного контроля, видеть связь между коррупцией и безопасностью наших жизней.

Те, кто были «уполномочены» заниматься политикой, де-факто провалили свое задание. Мы видим провал в сфере внешней политики - если бы дипломаты занимались своим делом, то не было бы нужны брать оружие и защищать себя. В сфере экономики - катастрофическая ситуация из-за ведущейся Сержем Саркисяном политики «имущество вместо долга», что и привело к полной экономической зависимости Армении от России и бедности у 76 % населения. Процветает коррупция, гражданские права ущемляются, а тюрьмы заполняются новыми политическими заключенными.

Так становится явным, что исключительно социальных вопросов в Армении нет, есть проблемы социального или экологического характера, но природа любого протеста политическая. Так или иначе мы должны преодолеть эту стену «неполитизированности», чтобы иметь рычаги давления на правительство. После апрельской четырехдневной войны почти все начали понимать, что решать проблемы вынуждены будут не политики, а граждане.


We encourage anyone to comment, please consult the
oD commenting guidelines if you have any questions.