Print Friendly and PDF
only search openDemocracy.net

Образование в Приднестровье: оптимизация без оптимизма

Нехватка финансирования в сфере образования - обычное явление для большинства стран на постсоветском пространстве. Но на что могут рассчитывать школьники и студенты в государстве, которое уже 27 лет остается непризнанным? English

Десятый класс в селе Плоть Рыбницкого района. В этом учебном году он – один из самых маленьких в Приднестровье.Систему школьного образования в Приднестровской Молдавской Республике (ПМР) последние несколько лет сильно реформируют. Полным ходом идет так называемая оптимизация - в казне непризнанного государства хроническая нехватка средств. В 2017 году дефицит республиканского бюджета составил 51,8%. Личные доходы населения практически не растут, в отличие от цен. Большая часть товаров в республику импортируется, а собственное производство пробуксовывает - сказывается политическая изоляция государства и дефолт 2014 года. По итогам многолетнего финансово-экономического кризиса властям не хватает денег не только на пенсии и пособия, но и на обеспечение социальных учреждений. В том числе и сферы образования.

Однако необходимость считаться с финансовыми возможностями государства - это только одно из оснований для оптимизации школ в ПМР. Свою роль также играет малочисленность образовательных учреждений и кадровые проблемы: с каждым годом все меньше молодых специалистов остается работать в селах, несмотря на предоставляемые им льготы.

Непризнанное государство - непризнанный аттестат

Основу системы образования в ПМР определяет политика - как, впрочем, и в любом другом государстве. Однако Приднестровье - государство особенное. Поскольку де-юре на политической карте мира его нет, приднестровцы вынуждены брать официальное гражданство других стран - Украины, Молдавии, России. В том числе и для того, чтобы можно было получить профессию в другой стране, ведь возможности ПМР в этом плане ограничены.

Многие учащиеся стремятся уехать из Приднестровья не только в Россию, но и в соседние страны - Молдавию и Украину

С одной стороны, после референдума 2006 года Приднестровье решительно приводит в соответствие свое законодательство с российским и стремится войти в образовательное пространство РФ. Так, в 2011 году единый государственный экзамен стал в Приднестровье обязательным. До этого замена традиционных выпускных экзаменов новой формой аттестации шла в форме эксперимента. Хотя, по сути, ничего нового в этом эксперименте не было - ПМР попросту скопировала методику проведения ЕГЭ у России.

С другой стороны, многие учащиеся стремятся уехать из Приднестровья не только в Россию, но и в соседние страны - Молдавию и Украину. Оттуда, благодаря программам студенческого обмена, они едут дальше, на Запад.

Виктория Платонова и Валентина Платонова рады тому, что власти Приднестровья решили подкорректировать вектор оптимизации системы образования.Поехать учиться в Германию, Великобританию, Италию, Францию или США напрямую приднестровцы в абсолютном большинстве не могут. Во-первых, уровень жизни в республике не позволяет оплачивать учебу за рубежом, а во-вторых, почти все абитуриенты сталкиваются с необходимостью нострифицировать (подтверждать) в иностранном вузе свои аттестаты зрелости, полученные в ПМР.

Однако из-за оптимизации многие школьники в Приднестровье вообще лишились возможности получить аттестат за 10 классов (что в ПМР считается полным средним образованием): в большинстве сельских школ было решено закрыть выпускные классы - ради экономии.

В последний раз в десятый класс

Всего в Приднестровье, по данным профильного министерства ПМР, 160 учебных учреждений (вместе с интернатами). В них обучается 44547 человек. Средняя наполняемость классов - 19 человек. Есть школы с русским, молдавским и украинским языком обучения, а также гимназии и лицеи. Дистанционное образование, экстернат и семейное обучение тоже существует. Другой вопрос - качество этого образования.

За весь постсоветский период в ПМР появились лишь 14 крупных социальных объектов. В их числе - пять детских садов, молдавская школа в селе Ташлык Григориопольского района и русская школа в городе Рыбница, которая еще строится. Эти масштабные (по мерам небольшой республики) перемены начались в ПМР всего четыре года назад и стали возможными благодаря России: все социальные объекты в республике возводятся и оснащаются на российские деньги.

В большинстве своем приднестровские образовательные учреждения – это типовые строения советской поры. Такие, как, например, школа в селе Плоть Рыбницкого района. Трехэтажное здание с флигелем и галереей стоит на холме в окружении старых фруктовых деревьев школьного сада. С одной стороны от него – школьный огород, с другой – стадион, где теперь кроме футбольных ворот и турника уже ничего нет.

Все социальные объекты в республике возводятся и оснащаются на российские деньги

И хотя школа помнит как минимум три поколения жителей села, ветхой ее никак не назовешь. Не потому, что местный бюджет выделяет на ремонт достаточно средств, а благодаря финансовой поддержке родителей школьников. Впрочем, такая форма негосударственной поддержки уже давно норма, закрепленная юридически – в школах официально созданы родительские организации, которые занимаются сбором средств на нужды учреждения.

"Наше село - самая крайняя северная точка Рыбницкого района, - рассказывает заместитель директора по учебно-воспитательной работы Валентина Платонова. - До районного центра 35 километров. При этом маршрутка ходит сюда только три раза в неделю: во вторник, четверг и воскресенье. Так что наши дети никак не могут учиться в городе. Добираться туда сложно, а снимать квартиру в Рыбнице родителям не по карману. Основной доход сельских жителей - подсобное хозяйство, которое едва позволяет сводить концы с концами. И учиться в соседних селах плотьянские дети не могут. Потому что в нашем селе школа молдавская, в округе - только русские".

Несмотря на это, в 2014 году в Плотьянской школе в целях оптимизации решили не открывать десятый класс - слишком мало учеников.

"У нас очень хорошие показатели уровня образования. Из пяти человек, которые были нашим последним выпуском, трое - золотые медалисты. И все пятеро поступили в вузы. А среди ребят, которые в прошлом учебном году окончили девять классов, трое поступили в техникум. Но другие пятеро, в том числе и моя дочь Виктория, хотели бы продолжить школьное образование, чтобы иметь возможность получить высшее. Тем более, что в 2016 году школа прошла аттестацию и получила аккредитацию на семь лет. Поэтому их родители и педагогический коллектив школы написали письма во все инстанции, которые могли бы посодействовать решению проблемы: в управление народного образования, местную госадминистрацию, министерство просвещения, главе государства", - вспоминает Платонова.

В итоге школе пошли навстречу и 10 класс все же открыли. Сейчас в нем учатся всего пять человек. Но далеко не все сельские школы получили такую "привилегию". Более того, власти ПМР постепенно вводят подушевое финансирование и будут дотировать образовательные учреждения в зависимости от количества учеников. Это решение чревато уменьшением зарплат педагогов и как следствие, закрытием тех сельских школ, в которых учащихся слишком мало.

Возвращаясь в советскую школу

Широкомасштабная оптимизация образовательных учреждений на левом берегу Днестра началась в 2012 году. Тогда в соответствии с постановлением правительства были установлены нормы предельной наполняемости классов и детсадовских групп. Власти решили, что в лицеях и гимназиях в классе должно быть до 35 человек. В обычных классах - не менее 25. Классы меньшей наполняемости стали открывать только "в исключительных случаях по согласованию с Министерством просвещения". В начальной школе при наполняемости классов до 12 человек чиновники рекомендовали открывать классы-комплекты, в которых будут учиться школьники разных возрастов. В сельских школах число учащихся в классах третьей ступени обучения ограничили числом 15.

В результате такого нововведения, к примеру, в городе Рыбнице была реорганизована школа социальной защиты. Для Приднестровья она была уникальным учебным учреждением. Сюда принимали "трудных" подростков, которые по разным причинам не могли нормально учиться в обычных школах. Также из-за малочисленности оказались закрытыми старшие классы во многих сельских школах.

В нынешнем учебном году маховик оптимизации приднестровские власти решили все-таки замедлить. На основании писем, подобным тем, что писало руководство Плотьянской школы, были открыты десятые классы в других сельских учебных учреждениях. Однако это вовсе не значит, что оптимизация в системе образования ПМР на этом закончилась. В той же Плотьянской школе в нынешнем учебном году открыли комбинированный класс. В нeм шесть учеников - четверо 5-классников и двое 8-классников.

Из-за малочисленности оказались закрытыми старшие классы во многих сельских школах

"До этого года у нас классы-комплекты были только в начальной школе, - рассказывает учитель русского языка и литературы Лилия Остапова. - Теперь такой подход внедряют и для средней ступени. При этом упор делается на обучение ребенка самообразованию… Конечно, работать в комбинированном классе нелегко".

Влияет ли обучение в классе-комплекте на качество образования? В Приднестровье власти уверяют, что нет, ссылаясь на советское прошлое - дескать, еще тогда на левобережье Днестра существовали классы-комплекты. Объясняется это тем, что в регионе очень много мелких сел, в которых небольшая численность населения и, соответственно, мало детей.

Лилия Остапова – учитель русского языка и литературы.А вот учителя-практики не согласны с этой позицией чиновников. По их мнению, класс-комплект - это то, от чего советская школа как раз старалась избавиться. В советское время существование в селах классов из 14 человек считалось обычным явлением. А уж если класс был совсем маленьким, то государство за свой счeт обеспечивало этих детей транспортом, чтобы они могли учиться в нормальном классе со своими сверстниками.

"За 45 минут урока нельзя дать полноценные знания 30 школьникам, - поддерживает позицию педагогов и Наталья Морозько, мама 4-классницы Карины. - Ведь получается, что на общение ученика и учителя отводится всего полторы минуты. И несомненно, что уровень знаний школьников будет гораздо выше, если количество учеников в классе не увеличивать, а наоборот - сокращать".

Так думает большинство родителей. Да и чиновники - тоже. Каждый из моих собеседников частном разговоре честно признавался, что своим детям (или внукам) желает учиться в классе, где поменьше учеников.

Кадровый голод

Куда идти после школы - не менее больной вопрос. Экономика Приднестровья остро нуждается в рабочих кадрах и специалистах среднего звена. В списке крупнейших экономических агентов республики – 80 промышленных предприятий. И рабочие кадры, конечно же, требуются не только там, но и на более мелких предприятиях. Например, строительной отрасли - около тысячи рабочих, легкой промышленности - почти 3,5 тысячи швей и портных, более 200 специалистов нужны транспортной отрасли.

Но выпускники средних школ ориентированы в основном на высшее образование, и это понятно. Местные работодатели просто не могут предложить приличный заработок.

Самые высокие зарплаты в ПМР - у сотрудников предприятий электро- и радиосвязи: в среднем 9057 рублей ($843 по официальному курсу Приднестровского республиканского банка на январь 2017 года). Кроме связистов, неплохие (по меркам ПМР) зарплаты в банковской отрасли ($607), в сфере страхования ($533), ЖКХ ($467), а также у программистов ($449). Хорошо оплачиваемых рабочих специальностей в производственной сфере практически нет.

Государство пытается регулировать процесс подготовки рабочих кадров с учетом ситуации на рынке труда. Так, например, Слободзейский политехнический лицей отказался от набора целого ряда некогда популярных специальностей. Тираспольский строительный лицей – тоже. И такую "корректировку" провели практически повсеместно. Но это вынужденный шаг.

При планировании бюджета власти исходят из того, какими они видят потребности государства, но не учитывают реальных доходов республики

Кризис приднестровской экономики носит структурный характер. Регулярно повторяющиеся проблемы на внешних рынках и политические факторы также влияют на формирование бюджета в республике. В такой ситуации денег не будет хватать никогда. При планировании бюджета власти исходят из того, какими они видят потребности государства, но не учитывают реальных доходов государства. На 100 получателей пенсий приходится всего 101 занятый работник. А 47% процентов работающего населения - это граждане, занятые в государственном секторе, то есть бюджетники. При этом вклад малого бизнеса в ВВП республики - немногим больше 10%.

Уже много лет Приднестровье закладывает в свой бюджет как внебюджетные доходы финансовую помощь России. В частности, "путин­скую над­бавку" - доплату к пенсии, которую с января 2008 года ежемесячно получают все при­дне­стров­ские пен­си­о­неры. Кроме того, Приднестровье использует российский газ в кредит и по очень низким ценам. И это тоже своеобразная, причем очень значительная помощь России непризнанной республике. Кроме того, РФ предоставляет ПМР технические кредиты на развитие аграрного сектора и малого бизнеса. Без этой поддержки вряд ли государство, так и не признанное мировым сообществом за 27 лет своей истории, вообще могло бы существовать.

При этом Приднестровье в первую очередь - аграрный край. И именно с этой сферой республика связывает свои надежды на будущее. Но и там ощущается острая нехватка специалистов. Отчасти это объясняется тем, что в Приднестровье очень мало соответствующих учебных учреждений. Отчасти, потому что даже там студенты учатся просто ради "корочки". Более того, тяжелый физический труд в этой сфере оплачивается неадекватно: работники сельского хозяйства в среднем получают всего $251 в месяц. В итоге получается такой парадокс: бюджетные деньги на подготовку профессионалов для сельского хозяйства расходуются, а смены старым специалистам в отрасли нет.

Из Приднестровья - в свободное плавание

Несмотря на нехватку ресурсов, в Приднестровье есть возможность бесплатно получить качественное высшее образование благодаря развивающимся научным площадкам. Они сконцентрированы вокруг ведущих вузов: НИИ сельского хозяйства, республиканского НИИ экологии и природных ресурсов, опытно-конструкторской лаборатории завода KVINT и других институтов. Научные центры ПМР регулярно получают патенты на изобретения.

Главный же вуз республики - Приднестровский государственный университет имени Тараса Шевченко (ПГУ). Он был учрежден в сентябре 1990 года руководством только созданной 2 сентября этого же года Приднестровской Молдавской Республики. ПГУ считается правопреемником Тираспольского государственного педагогического института, основанного в 1930 году.

Местные работодатели просто не могут предложить приличный заработок

Как и во всем Приднестровье, в вузе равноправно функционируют три официальных языка: молдавский, украинский и русский. ПГУ имеет аккредитацию Федеральной службы по надзору в сфере образования и науки Российской Федерации и по сути стал вузом российского образца. При этом у вуза есть и договоры о сотрудничестве с учебными заведениями других стран. В частности, в Германию многие приднестровские студенты регулярно ездят на языковую практику.

Ситуация в сфере профессионального образования понемногу меняется. Но, увы, ключевое слово тут - понемногу. Потому что, получив документ об образовании, молодые специалисты отправляются в свободное плавание. Чаще всего - за пределы ПМР. А многие выпускники с левого берега Днестра уезжают в страны Запада на заработки и без диплома, устраиваясь по принципу "куда возьмут".

Показательно, что из пяти 10-классников, ради которых власти открыли десятый класс, только одна девочка, Вика Платонова, хочет после школы поступить на медицинский факультет Приднестровского госуниверситета и планирует вернуться работать в родное село.

"Буду работать в сельской амбулатории, если еe к тому времени ещe не закроют", - говорит она.

Но вот Викины одноклассники своими планами делятся неохотно. И ясно одно: уехав из дому, возвращаться сюда они будут только в гости. Может быть.

Все фотографии автора. 


About the author

Виктория Пашенцева - заместитель редактора независимого еженедельника "Добрый день". Филолог, занимается журналистикой с 2001 года.


We encourage anyone to comment, please consult the
oD commenting guidelines if you have any questions.