> ## Content Index
> Fetch the complete content index at: https://www.opendemocracy.net/llms.txt
> Use this file to discover other available public pages before exploring further.

# Радикализация в Грузии: самоисполняющееся пророчество?
- URL: https://www.opendemocracy.net/ru/57-2/
- Published: 2015-10-23T09:10:14.000Z
- Updated: 2026-04-23T05:48:04.000Z
- Description: Расположенное в Грузии Панкисское ущелье обычно изображают как очаг исламского радикализма. Живущие там кистинцы страдают от бедности и дискриминации, а равнодушное правительство и тенденциозное освещение в СМИ приводят к еще большему их отчуждению. in English
- Author: Inga Popovaite
- Tags: oD Russia, #Migrated, oDR Русский, #ru, #Import 2026-04-09 20:58, #ImagesUploaded, #appended-excerpt

Панкисское ущелье снова оказалось в поле зрения местных и международных СМИ. На самом деле внимание к нему приковано уже в течение года – с тех пор как[ стало известно](http://www.bbc.com/news/world-europe-28217590?ref=opendemocracy.net), что один из главных командиров ИГИЛ Абу Умар аш-Шишани родился и вырос в этой узкой долине, расположенной в северо-восточной части Грузии у подножия Большого Кавказа.

Внимание к фигуре аш-Шишани не сделало освещение ситуации в Панкисском ущелье более благосклонным. Бека Баджелидзе, директор кавказской программы Института по освещению войны и мира (Institute for War and Peace Reporting, IWPR), подчеркивает, что в репортажах как местных, так и международных средств массовой информации не хватает глубокого анализа и описания контекста. «Когда иностранные СМИ пришли делать репортажи из Панкиси, их волновала только личность Тархана Батирашвили (настоящее имя Абу Умара аш-Шишани). Их не интересовала более широкая картина – вопрос о том, почему именно молодежь в основном присоединяется к повстанцам в Сирии», – говорит он.

Баджелидзе считает, что сейчас многие журналисты в своей работе целиком опираются на кабинетные исследования и Интернет-источники, а потому оказываются оторваны от реальности на местах и предлагают непроверенные и часто предвзятые материалы.

![Imam Omar of traditional Duisi mosque resized.jpg](https://www.opendemocracy.net/content/files/2026/04/Imam_Omar_of_traditional_Duisi_mosque_resized_XpQ4hMK-1776194428811.jpg)

Imam Omar of traditional Duisi mosque resized.jpg

*Имам Омар. Дуйская мечеть, Дуйси. Фотография автора.По его словам, грузинским новостным агентствам также не хватает глубоких знаний о Панкисском ущелье, и на их репортажи оказывает влияние доминирующее отношение к религиозным и этническим меньшинствам: «Для некоторых журналистов достаточно знать, что жители Панкиси – мусульмане, и религия воспринимается как основная причина радикализации. Они зачастую не принимают во внимание такие факторы, как недостаточная вовлеченность в местное самоуправление, нехватка институциональной поддержки, социальное и экономическое отчуждение».*

Таким образом, репортажи местных и международных СМИ усиливают и так уже дурную репутацию Панкисского ущелья как грузинской [колыбели радикализма и терроризма](http://www.theguardian.com/world/2002/feb/15/afghanistan.iantraynor?ref=opendemocracy.net). Эта репутация возникла в конце 1990-х – начале 2000-х годов, когда ущелье стало не только убежищем для тысяч чеченских беженцев, спасавшихся от войны с Россией, но и базой, с которой арабские и чеченские боевики, предположительно имевшие связи с «Аль-Каидой», могли наносить удары по России. Однако к 2004 году бывший президент Грузии Михаил Саакашвили с американской помощью очистил ущелье от членов вооруженных формирований и разогнал большинство устойчивых преступных группировок региона.

Беспокойство грузинского правительства по поводу радикализации в Панкисском ущелье также связано с тревогами относительно ее влияния на международную репутацию страны. Премьер-министр Ираклий Гарибашвили [упрекнул](http://dfwatch.net/georgian-pm-blasts-media-for-creating-hysteria-about-youth-joining-is-35247?ref=opendemocracy.net) журналистов за «истерию» по поводу Панкисского ущелья и вред, который они наносят международному имиджу Грузии, сообщая о панкисской молодежи, которая несколькими месяцами ранее присоединилась к ИГИЛ. Так, например, арест грузинским спецназом одного из предполагаемых вербовщиков ИГИЛ в долине стал событием, которого показали по телевидению и активно обсуждали.

В то время как представители органов власти заняты поддержанием международного имиджа Грузии, жителей Панкисского ущелья всё больше тревожит распространение салафизма и поддержки ИГИЛ в долине.

![3934931549_7fef270e97_z.jpg](https://www.opendemocracy.net/content/files/2026/04/3934931549_7fef270e97_z_voufNhY-1776194429114.jpg)

3934931549\_7fef270e97\_z.jpg

*Панкисское ущелье. Scott McDonough / Flickr. Некоторые права защищены.Лия Маргошвили – директор местного подразделения Фонда Родди Скотта, британской благотворительной организации, которая ставит задачу обеспечить доступное образование для панкисской молодежи. Помимо уроков английского, Лия предлагает местным подросткам лекции об опасностях религиозного экстремизма и джихада и побуждает их учиться.*

Однако на ее уроки английского языка приходит всё меньше и меньше учеников, их больше привлекает салафитская мечеть. «У нас недостаточно финансирования, чтобы мотивировать наших учеников, – говорит Лия. – Мы не можем платить им за посещение уроков, как делают салафиты, которые дают ученикам 50 лари (1,290 руб.) в месяц просто за посещение занятий». По словам Лии, сейчас у ее организации чуть больше сотни учеников в разных частях долины, хотя год назад их было в два раза больше.

Ее школа – яркая иллюстрация изменений в Панкисском ущелье. Но почему эти процессы происходят в Грузии, стране, в которой преобладает христианство?

## Кто такие кистинцы?

Около десяти тысяч жителей Панкисского ущелья – этнические кистинцы, они составляют большинство жителей долины. Кистинцы – этническая группа, произошедшая от [чеченцев и ингушей](http://escholarship.org/uc/item/64d7v9hj?ref=opendemocracy.net), которые переехали в долину с Северного Кавказа между 1830 и 1870 годами.

Кистинцы в основном исповедуют ислам, но среди них встречаются представители и других конфессий. Существуют различия и внутри мусульманской общины: старшие поколения кистинцев тяготеют к традиционному суфизму, а более молодые являются ярыми последователями салафизма, который пришел в долину вместе с чеченскими беженцами, спасавшимися здесь от войны с Россией в течение 1990-х и начале 2000-х годов.

![134883.jpg](https://www.opendemocracy.net/content/files/2026/04/134883_ncFUXmL-1776194429466.jpg)

134883.jpg

*Поселение чеченских беженцев, Панскисское ущелье. (c) Daro Sulakauri / Demotix. Кистинцы часто утверждают, что у них две родины – Чечня, источник значительной части их культуры и обычаев, и Грузия, их нынешняя земля и дом. У кистинцев есть общие обычаи с грузинами – это и «супра», и в целом грузинское понимание гостеприимства. «Кистинцы среднего и пожилого возраста, – пишет грузинский этнограф Нино Сипрашвили, – иногда гордо заявляют, что взяли лучшее от своих предков (племенное право и религию \[ислам\]) и заимствовали лучшее из того, что им предложили грузины».*

В отличие от других национальных меньшинств в Грузии, а именно армян и азербайджанцев, которые связывают свою изоляцию и недостаточную интегрированность со слабым знанием государственного языка, кистинцы хорошо знают грузинский. Большинство местных жителей свободно говорят на двух или трех языках, используя местный диалект чеченского для общения между собой, а грузинский и русский для общения с официальными лицами или людьми со стороны. Кроме того, у их фамилий [грузинские суффиксы ](http://escholarship.org/uc/item/64d7v9hj?ref=opendemocracy.net)(-швили, -адзе).

В Грузии, однако, общее понимание национальной принадлежности по-прежнему опирается не на гражданские основы, а на этнические корни и вероисповедание. С начала 1990-х годов Грузинская православная церковь укрепила свою роль в процессе государственного строительства. Кроме того, в общей исторической памяти ислам часто ассоциируется с врагом и угрозой в адрес православной грузинской нации. Соответственно, кистинцы, несмотря на грузинские фамилии и знание государственного языка, не воспринимаются как органическая часть грузинской национальной общности.

## Поворот от суфизма к салафизму

Салафизм, ультраконсервативная исламская доктрина, проникла в Панкисское ущелье не за одну ночь. Она была принесена сюда чеченскими беженцами и постепенно [наращивала свое влияние](http://escholarship.org/uc/item/64d7v9hj?ref=opendemocracy.net#page-32) с конца 1990-х – начала 2000-х годов.

Религиозный разрыв между поколениями стал теперь совершенно очевиден. «Еще год назад около 70% молодежи были ваххабитами \[так салафитов называют местные жители, не принадлежащие к их числу\], а теперь ими являются почти 90%», – сказала местная сотрудница НКО, которая предпочла остаться неназванной в этой публикации. Она также отметила, что строгая салафитская трактовка ислама охватила все сферы жизни. Даже в государственных школах детям из салафитских семей родители запрещают участвовать в каких-либо видах деятельности, предполагающих песни или танцы. Это беспокоит старшее поколение, чей так называемый «горный ислам» включает христианские и даже языческие элементы.

Еще большую тревогу вызывают действия небольшой группы религиозных экстремистов, которые взяли на себя задачу вербовать бойцов для ИГИЛ. По имеющимся данным среди боевиков Исламского государства от [50 до 200 человек](http://www.eurasianet.org/node/73786?ref=opendemocracy.net) – родом из Панкисского ущелья, а это большая цифра для такой небольшой общины. Почему же религиозные экстремисты добиваются здесь такого успеха?

## Идеальная почва для радикализации

Хотя до Панкисского ущелья всего несколько часов езды из Тбилиси, оно остается относительно изолированным и проблемным с социально-экономической точки зрения регионом.

По данным [Фонда](http://www.krdf.ge/who-we-serve?ref=opendemocracy.net) регионального развития Кахетии, местной организации, занимающейся гуманитарной помощью и вопросами развития, это бедный регион, где официальная занятость составляет всего 10%. Помимо нескольких детских садов, государственных школ, культурно-спортивных центров и частных магазинов, здесь практически нет других возможностей для трудоустройства. «Люди в тупике. У людей нет работы», – говорит Сосо Кавтарашвили, глава Совета старейшин, неформального органа местного самоуправления. – Пожилые живут, перебиваясь от месяца к месяцу, от пенсии к пенсии. Здесь нет промышленности, нет работающих заводов».

![Young men entering the Salafi mosque resized.jpg](https://www.opendemocracy.net/content/files/2026/04/Young_men_entering_the_Salafi_mosque_resized_B81mgSl-1776194429787.jpg)

Young men entering the Salafi mosque resized.jpg

*Салафиская мечеть, Дуйси. Фотография автора.Кавтарашвили и другие члены совета настаивают на том, что центральное правительство должно больше инвестировать в туристическую отрасль Панкисского региона.*

Туризм, вероятно, стал бы наиболее эффективным способом улучшить экономическое состояние этой долины, сохранившей свою первозданную красоту, однако тенденциозное освещение как в [грузинских](http://rustavi2.com/ka/video/527?v=1&ref=opendemocracy.net), так и в международных СМИ отнюдь не способствует привлечению людей в регион. «Туристы приезжает не так часто, как это было два или три года назад», – вздыхает местный учитель Мзия Бекаури. – И они приезжают всего на пару дней, а потом уезжают».

«В Грузии есть и другие бедные деревни, но оттуда люди не уезжают воевать в Сирии», – говорит Заира, этническая чеченка из Панкиси, которая настаивает, что основными факторами успеха экстремистов являются их убедительная идеология и местная склонность к героизации боевиков Исламского государства.

Молодежь составляет 50 процентов населения Панкисского ущелья, но ей почти нечем заняться. Не имея других вариантов времяпрепровождения, молодые люди встречаются и общаются в салафитских мечетях и религиозных школах. Это приводит к постоянному контакту с салафитскими религиозными лидерами и общей романтизации этого направления ислама. «Они все сразу говорят, что пока не нашли салафизм, находились в поиске самих себя, а теперь обрели то, что искали», – объясняет Руслан Барамидзе, эксперт по исламу в Грузии из Батумского университета им. Шота Руставели. – Салафизм очень романтизируют. Внешность, поведение и речь салафитов выглядят привлекательно в глазах новых последователей».

Таким образом, похоже, что радикализация в Панкисском ущелье – это своего рода самоисполняющееся пророчество. Небольшая группа радикалов распространяет религиозный экстремизм, что приводит к появлению тенденциозных репортажей о терроризме в долине, а в результате происходит дальнейшая демонизация кистинского меньшинства и его отчуждение от грузинского большинства. Эта комбинация факторов и способствует дальнейшему распространению экстремизма.

## В поисках решения

На государственном уровне правительство внесло поправки в Уголовный кодекс Грузии, сделав преступлением участие в иностранных террористических группировках и связь с ними. Эти поправки были приняты 12 июня и позволили спецназу Грузии произвести [спустя всего два дня](http://www.civil.ge/eng/article.php?id=28357&ref=opendemocracy.net) широко освещавшийся в СМИ арест Аюфа Борчашвили, которому позднее предъявили обвинение в вербовке местной молодежи для сил ИГИЛ в Сирии.

Одни местные жители приветствовали эту инициативу, а другие отмечали, что всё это следовало сделать гораздо раньше. Тем не менее, в Панкисском ущелье есть надежда на то, что новый закон убедит хотя бы некоторых людей не ехать в Сирию. Кроме того, кистинцы призывают государство оказать помощь в обучении исламских учителей, которые смогли бы стать силой, противостоящей салафизму.

Онник Джеймс Крикорян, работающий в Тбилиси журналист и эксперт по борьбе с экстремизмом, отмечает, что в настоящее время «в стране практически не предпринимается усилий по вовлечению гражданского общества в противодействие воинственному экстремизму».

При этом он подчеркивает основополагающую роль именно низовых инициатив общины и гражданского общества в борьбе с экстремизмом: «Прежде всего, это значит работать в школах, действовать через горизонтальные инициативы, усиливать голоса убедительных глашатаев, таких как бывшие экстремисты и боевики, а также жертвы терроризма, работать в тюрьмах, бороться с онлайн-пропагандой экстремистских группировок, задавать нужное направление общего дискурса, предлагая альтернативные нарративы, и проводить индивидуальную работу с людьми, которая может также требовать участия служб психологической поддержки».

В то же время Лия Маргошвили продолжает беседовать с подростками об опасности исламского экстремизма. «Становится всё труднее и труднее. Всё больше девочек приходят в парандже, и я знаю, что их родителям и местным лидерам салафитов не нравится то, что я им рассказываю. Но меня это не останавливает».

Расположенное в Грузии Панкисское ущелье обычно изображают как очаг исламского радикализма. Живущие там кистинцы страдают от бедности и дискриминации, а равнодушное правительство и тенденциозное освещение в СМИ приводят к еще большему их отчуждению. [in English](https://opendemocracy.net/od-russia/inga-popovaite/radicalisation-in-georgia-self-fulfilling-prophecy?ref=opendemocracy.net)