ОД "Русская версия"

Почему мы правые: молодые британки рассказывают о политике и о себе

Четыре молодые женщины рассказывают, почему они стали правыми. Они отвергают феминизм и политику левых, которые явно слишком долго закрывали глаза на растущее правое сообщество. English

Лара Уайт
10 April 2018
Young women composite.jpg

Новые женские лица в правом сообществе. Фото: Люси Браун.В Великобритании наблюдается рост правых и ультраправых групп, которые зачастую напрямую связаны с подобными движениями в США и Европе. И хотя в этой среде по-прежнему преобладают мужчины, многие молодые женщины формируют свои представления о свободе и освобождении, опираясь на широкий спектр идей, распространенный в этом растущем правом сообществе как в Интернете, так и в реальной жизни.

Мы в редакции раздела о гендере и сексуальности сайта openDemocracy 50.50 осознаем, что поляризация может быть довольно опасна. Мы рассказываем о таких тенденциях, чтобы лучше в них разобраться, и это предполагает необходимость слушать людей, с которыми мы не согласны. И хотя цирковые представления популистской политической верхушки очень увлекательны, более интересными нам кажутся вопросы: чем крайне правая политика привлекает обычных людей, и почему некоторые молодые женщины отрицают феминизм?

"Чем крайне правая политика привлекает обычных людей и почему некоторые молодые женщины отрицают феминизм?"

Ниже мы сможем узнать об этом напрямую от четырех женщин из правого сообщества. Мы встретились на вечеринке на севере Лондоне, где отмечали годовщину пребывания Дональда Трампа на посту президента США. Гости были на удивление разные, что отражало все разнообразие людей, которые сейчас представлены в правом движении. В помещении присутствовали несколько американцев; несколько серьезных молодых людей раздавали флаеры, рекламирующие группу "Движение за идентичность" (Generation Identity), выступающую за белое превосходство. Многие не хотели, чтобы их снимали и задавали вопросы.

Мы попросили этих женщин рассказать, как они пришли к своим политическим убеждениям. У них абсолютно разные истории и политический путь, что отражает разный опыт и происхождение женщин в этом широком поле правых идей. Они говорят о порно, политкорректности и иммиграции. Весьма удивительно, что при этом некоторые из них рассказывают о том, что отказались от прогрессивных убеждений и феминизма из-за того, что их не принимали или высмеивали в левом движении.

Мы незначительно сократили эти высказывания; в них также присутствует неуважительная лексика. Читателям стоит воспринять это как предупреждение.

Марина, 22 года, из юго-восточной Англии, работает в Лондоне.

Marina_0.jpg

Марина. Фото: Люси Браун.На данный момент я закоренелая либертарианка, придерживаюсь очень либеральных воззрений в социальном и экономическом плане. Не могу сказать, что всегда была правой: когда я была помоложе, придерживалась более центристских взглядов, но с тех пор как я начала изучать экономику и политику, меня стали больше привлекать идеи свободного рынка.

Либертарианством я увлеклась недавно. Оно предполагает приверженность свободному рынку и в то же время право делать то, что хочешь и что можешь, не нарушая тем самым права других людей. Это ведь основополагающий принцип, и я не могу понять, как люди могут быть против этого.

Мне кажется, причина почему молодые женщины вроде меня приходят в правую политику связана с самоидентификацией, людям не хочется придерживаться традиционных политических позиций. В этой стране я мигрантка: я приехала сюда из России, когда мне было всего полгода. Мои родители выросли в Советской России, и когда в 16 лет я начала тусоваться с людьми из Консервативной партии, мне приходилось скрывать это.

"Я бы не сказала, что всегда была правой..."

С политической точки зрения многие люди, которые солидаризируются с моими взглядами на экономическую политику, скорее примкнут к консерваторам. Я до сих пор являюсь членом этой партии... Мне кажется, если добиваться экономической свободы, социальная свобода придет сама собой.

Сейчас основное, что меня волнует, – это цензура в Интернете и понимание того, в чем именно заключается язык вражды. Даже я не совсем понимаю, что сегодня вкладывают в это понятие. Еще споры о порно: многие абсолютно не оскорбительные виды порно запретили. Речь не о порно с изнасилованиями, не о детском порно – распространенные категории вроде фетиша, "золотого дождя"... Это не мое, тем не менее нет никаких причин это ограничивать. Я не понимаю, почему правительство стремится вмешиваться в жизнь людей в этой сфере.

Хебинг, 22 года, гражданка США, иммигрантка из Китая, учится в Лондоне.

Hebing.jpg

Хебинг. Фото: Люси Браун.Я считаю, что в феминизме слишком много лицемерия. Помню один момент в школе, когда моя учительница утверждала, что в Азии люди отбеливают кожу из-за влияния Европы. Я ей говорю: "Нет, тысячу лет назад богатые женщины не работали на земле, поэтому если у тебя была бледная кожа, это означало, что ты богата: это вопрос классовой принадлежности, никто на тот момент европейцев даже не видел". Она сказала, что все равно это "евроцентризм", и на этом дискуссия закончилась. Я слушала, как эта женщина читает мне нотации, и меня просто осенило, насколько узколобы эти люди. Они просто хотят, чтобы другие соглашались с их мнением, и я поняла, что больше так не могу.

"Я начинала с прогрессивных взглядов"

Мне импонируют некоторые идеи Трампа, но я не считаю себя ярой сторонницей правых взглядов. Я либертарианка, я верю в свободу, но не могу сказать, что поддерживаю все либертарианские позиции, потому что некоторым из них недостает прагматизма. Например, идея открытых границ – я считаю, это слишком оптимистично и наивно, это не практично и может создать хаос.

Когда мне было десять, и мы переехали в Америку, я не шучу, мой мир просто перевернулся вверх тормашками. Я выросла в урбанизированном районе в Китайской Народной Республике, а переехали мы в Бирмингем в Алабаме. Из города среднего размера в какую-то задницу в глухомани. Мы с друзьями называем это место Борингем [от англ. boring – скучный]. Я не говорила по-английски, в Америке у нас никого не было, и в первые годы было очень тяжело. Поэтому я хорошо понимаю многих иммигрантов. Но в то же время я не согласна с либертарианской платформой в вопросе открытия границ.

Начинала я с прогрессивных взглядов. Когда мне было 15, я выступала за доступное здравоохранение, за минимальную зарплату в 15 долларов... но в студенческие годы поняла, что это очень коллективистская и оптимистичная установка. Чтобы воплотить эти идеалы, понадобится определенное насилие, и в конечном итоге все становятся менее состоятельными. Получатели этих благ обычно попадают в тиски нищеты, а все остальные, кому приходится за это платить через налоги, тоже несут убытки. Эта проигрышная ситуация для всех.

"Думаю, правые начинают признавать, что для того, чтобы быть успешными и развиваться, нужно привлекать больше женщин"

Думаю, правые начинают признавать, что для того, чтобы быть успешными и развиваться, нужно привлекать больше женщин. Поэтому левым так долго удавалось оставаться такими влиятельными: это движение поднимает вопрос женских прав и, соответственно, имеет основу для поддержки. Но когда я придерживалась прогрессивных взглядов, если я говорила что-то такое, что противоречило их интерпретации, мне говорили, что я испытываю самоненависть, у меня внутренняя мизогиния, внутренний расизм.

Парень из левой среды однажды сказал мне ехать обратно в Китай. Я выступаю за свободу слова – то есть я считаю, что выражение мнения не должно оборачиваться для человека неприятностями, потому что иметь свою позицию можно, особенно если ты никому не угрожаешь. Но меня заклеймили защитницей нацистов. Было очень тяжело. Правая женщина должна быть толстокожей – нужно постоянно быть готовой к нападкам со стороны левых, да и в правой среде хватает идиотов, не буду говорить, что их нет, потому что и там они присутствуют. Но со временем отращиваешь себе панцирь, и становится забавнее спорить с людьми, это не заканчивается разрывом дружеских отношений.

Люси, 27 лет, видео-продюсер, из юго-восточной Англии.

Lucy_0.jpg

Люси. Фото: Люси Браун.Стать "правой" не было моим сознательным решением. В какой-то момент меня просто стали так называть, а я начала смотреть на YouTube ролики людей, которых заклеймили "правыми". В конце концов мне стало проще позиционировать себя именно так.

Я против феминизма. Я считаю, что нас обманом заставили себя ненавидеть и стыдиться своей национальной идентичности. Нас запугали и заставили молчать, пока Великобритания изнемогает под гнетом так называемого "миграционного кризиса". Нам лгут СМИ, которые частично принадлежат иностранным корпорациям, действующим не в интересах Великобритании. Мы – народ, которым управляют лицемеры и трусы, и их нужно изобличать всеми доступными способами.

"Я считаю, что нас обманом заставили себя ненавидеть и стыдиться своей национальной идентичности"

На деятельность меня вдохновила смерть друга, который погиб в страшной автомобильной аварии. Я пребывала в какой-то душевной апатии, как вдруг осознала, как у меня мало времени, и решила взять себя в руки и что-то сделать. Не совсем понимая, с чего начать, я стала волонтерить в убежище для бездомных и ходить на разные политические собрания: Марш в поддержку бездомных, а потом на демонстрации движения "Black Lives Matter".

Я начала исследовать убийства на почве расизма, особенно в США, и слушать этих новоявленных борцов за равноправие черных, старалась думать, чем я могу помочь. Я присоединилась к феминистской группе против бытового насилия, которая захватила пустующую квартиру в Хэкни [на севере Лондона]. Я туда сходила несколько раз и даже однажды взяла ночное дежурство. Постепенно я разочаровалась из-за того, с чем столкнулась в этих группах. Я видела много болтовни и мало дела.

Помню, как ненавидела Трампа, Майло Яннопулоса [Британский журналист, бывший редактор ультраправого издания Breitbart News], Томми Робинсона [сооснователь и бывший лидер организации "English Defence League"]. Как только я осознала, что последний не такой уж и плохой, это был уже вопрос времени, чтобы я поняла, сколько мне врали. Правда вызывает зависимость, и я поглощала все, словно губка, ломая шаблон за шаблоном у себя в голове, несмотря на внутреннее визжание: "Если посмотришь видео этого чувака, станешь расисткой!".

"Правда вызывает зависимость, и я поглощала все, словно губка, ломая шаблон за шаблоном у себя в голове"

Я стала одержимой. Не могла перестать слушать видео на YouTube, подкасты, читать блоги. Ответы на вопросы, которые появлялись у меня в голове, находились медленно, но верно, и я чувствовала, что ко мне возвращается чувство юмора. Это было потрясающе. Сейчас мой "активизм" в основном заключается в создании шоу Томми Робинсона: я помогаю доносить истории людей, слежу за событиями, которые в новостях стараются обходить стороной как слишком "взрывоопасные". Я встречаюсь с людьми, ставшими жертвами сексуальных домогательств в детстве, ветеранами, активистами, членами парламента и колешу по всей Европе.

Теперь я вижу надежду в глазах тех, кто считал, что их давно позабыли. Абсолютные незнакомцы называют меня "смелой". Это учит скромности. Я чувствую, будто отдаю должное тем людям в своей стране, которых правительство бы с радостью забыло. Ничто не сравнится с чувством, когда кто-то подходит к тебе и говорит "спасибо", потому что мы действительно становимся голосом прежде безмолвных. Самое большое заблуждение относительно правых женщин вроде меня – это что якобы у нас "внутренняя мизогиния". Это феминистcкий эквивалент обзывательства "дядя Том".

Паранд, 22 года, из Лондона, в прошлом году бросила колледж по специальности дизайн.

Paran.jpg

Паранд. Фото: Люси Браун.Самое большое достижение Трампа до недавнего времени заключалось в его жесткой позиции по иммиграции и признание того, что исламизм является громадной проблемой и препятствием для Запада. Мы все можем наблюдать, что происходит в Европе, например, в Швеции: культура, которая считается очень либеральной, была полностью разрушена. Трамп не хочет, чтобы с его страной случилось то же самое. Мне понравилось, что он делает акцент на исламизме, а не на определенных расах. Меня злит, когда его обвиняют в расизме, ведь фактически он очень сильно поддерживает чернокожих, да и среди его избирателей доля чернокожих намного больше, чем у любого другого президента от Республиканской партии.

"Я реакционерка, отвергающая принципы правящего класса"

Я реакционерка, отвергающая принципы правящего класса. Я не верю в то, чем занимается Консервативная партия. На мои взгляды сильно повлиял Интернет. Мы живем в эпоху, когда доступно многое из того, к чему раньше доступа не было. Думаю, есть много женщин, которые любопытны и хотят понять противоположную сторону.

Не то чтобы я хотела стать правой – моя семья, наоборот, больше левая, и в таком окружении я и выросла. Я просто почитала аргументы, и правые показались более рациональными. По поводу иммиграции, столько женщин пострадали от изнасилований, посмотрите на страны вроде Германии – очень многие люди, которые раньше были левыми, поменяли позицию после тех новогодних нападений. Ужасно получать опыт такой ценой, но к нам импортируется целая культура, которая действительно не заботится о насущных интересах женщин.

"Левые пытаются очернить наши взгляды, когда не могут найти достаточных аргументов, которые заставили бы их признать поражение"

Предполагается, что левые должны заботиться о правах женщин, но они явно этого не делают. Они решили отмахнуться от права женщины просто чувствовать себя безопасно в своей стране, право просто ходить по улицам, не ожидая нападения. Посмотрите на нападения с применением кислоты – они участились в Лондоне, и это определенно связано с типичными представителями этой культуры. Если посмотреть на статистику до приезда множества иммигрантов, сразу понятно, что это все из-за иммиграции.

Мои родители родом из Ирана. Я не говорю, что все иммигранты такие – но левые пытаются очернить наши взгляды, когда не могут найти достаточных аргументов, которые заставили бы их признать поражение. Они говорят: "Ты тупая", и это действительно неприятно, но я настаиваю: "Приведи мне аргументы вместо того, чтобы обзывать меня тупой". Люди – эмоциональные создания, но наряду с эмоциями нужно также обращаться к разуму и стараться смотреть, что стоит за эмоциями, чтобы узнать, что люди говорят и почему. Часто такие эмоциональные взрывы случаются, потому что у них просто нет доводов.

Had enough of ‘alternative facts’? openDemocracy is different Join the conversation: get our weekly email

Комментарии

Мы будем рады получить Ваши комментарии. Пожалуйста, ознакомьтесь с нашим справочником по комментированию, если у Вас есть вопросы
Audio available Bookmark Check Language Close Comments Download Facebook Link Email Newsletter Newsletter Play Print Share Twitter Youtube Search Instagram WhatsApp yourData