В декабре 2014 года Владимир Путин выступил с очередным ежегодным посланием к Федеральному собранию. На этот раз его речь оказалась знаковой: впервые в ней появились отчетливые нотки этнического национализма, «воссоединившийся с Россией» Крым был назван «духовным истоком русской нации», имеющим «цивилизационное и сакральное значение». Именно эта часть послания широко обсуждалась в российских и мировых СМИ.
Но этими громкими заявлениями Путин не ограничился. В частности, ближе к концу послания он стал рассуждать о социальной политике. «Что касается системы здравоохранения, то в течение следующего года здесь необходимо завершить переход к страховым принципам… – заявил Путин. – Мы должны исключить дискриминацию негосударственного сектора в социальной сфере, убрать для него все барьеры… Конкуренция – это решающий фактор повышения качества услуг социальной сферы».
Таким образом, речь Путина, начавшись с помпезной национал-популистской фразеологии, закончилась гладкими фразами на языке конкуренции и эффективности. Путин выступил не только как консервативный, националистический лидер, но и в другом своем амплуа, которое обсуждается куда реже: в роли неолиберала .
