В последние годы политика производства знаний в Центральной Азии была важной темой для дискуссий как в научных кругах, так и за их пределами. Обсуждались присущие этому процессу иерархии, вопросы безопасности и академической свободы, взаимодействия с авторитарными государствами, а также способы передачи знаний. Однако в этом разговоре не хватало феминистского взгляда на исследовательский процесс.
Проводя феминистское исследование в рамках своей магистерской диссертации о значениях и практиках сексуальности среди молодых женщин в столице Таджикистана – Душанбе – я осознала деликатность этой темы в условиях "ретрадиционализации" гендерных ролей в стране.
В частности, я была обеспокоена этической стороной проекта и тем, какие последствия он будет иметь для его потенциальных участниц. Будет ли им комфортно говорить со мной на эту тему? Как лучше всего обеспечить безопасность и анонимность? Принесет ли исследование кому-нибудь пользу, или же я просто объективирую молодых женщин для моего собственного карьерного роста? Смогу ли я создать условия справедливости и взаимопомощи помимо отношений "исследовательницы" и "респондентки"?
