Skip to content

Допросы, преследования и самоцензура. Как работают журналисты в Узбекистане?

Несмотря на уверенные шаги в сторону демократии, Узбекистану еще далеко до глубоких структурных изменений. Именно так недавно оценила ситуацию международная организация Freedom House. Почему, несмотря на реформы, в стране все еще нет свободы слова?

Допросы, преследования и самоцензура. Как работают журналисты в Узбекистане?
Pixabay
Published:

Новый поворот?

В конце января 2020 года известный узбекский бизнесмен Комил Алламжонов и дочь президента Узбекистана Саида Мирзиеева возглавили Общественный фонд поддержки медиа — новую организацию, которая должна развивать журналистику в стране, защищать права журналистов и "укреплять свободу слова". До этого они вместе работали в Агентстве информации и массовой коммуникации (АИМК), которое должно было заниматься тем же, что и фонд.

Зачем нужно было создавать еще один орган для аналогичных задач — вопрос открытый. Возможно, будучи негосударственной некоммерческой организацией (ННО), проще выполнять столь сложную возвышенную миссию. Возможно, проще работать с финансами: будучи ННО, можно привлекать донорские средства для выполнения поставленных задач. Как бы то ни было, кажется, что за журналистов взялись крепко и надолго: Мирзиеев уже делает селфи с блогерами и критикует чиновников за отказ работать со СМИ.

Но действительно ли ситуация столь оптимистична, и мы становимся свидетелями того, как медиа превращаются в четвертую власть, которая может изменить жизнь в стране и помочь в формировании гражданского общества? Со стороны может показаться, что это так, однако на деле многие журналисты все еще ощущают на себе давление государства и чиновников.