Арсений Рогинский. Источник: архив "Мемориала".
"Архив для меня (я, конечно, имею в виду только литературные и исторические архивы) - естественное продолжение библиотеки, а архивные, неопубликованные источники ничем принципиально не отличаются от опубликованных, их можно рассматривать как случайно неопубликованные или пока неопубликованные. Я считаю нужным объяснить это сейчас, потому что среди людей, далеких от исторической науки, мне нередко встречалось немало искренне убежденных в том, что в архивах хранятся обязательно или сверхсекретные или кого-то, а может быть что-то, порочащие документы. И что поэтому в архив пускают только избранных, облеченных "особым доверием", и что так и должно быть. Такое представление об архивах, конечно, совершенно ошибочно. Так же как прозвучавшая попытка подразделить документы на более важные или менее важные, более ценные и менее ценные. Каждый документ важен, каждый документ драгоценен как свидетельство нашего прошлого".
Это не лекция и не фрагмент публичной дискуссии. Это последнее слово Арсения Рогинского, названное "Положение историка в СССР" и произнесенное им на суде 4 декабря 1981 года. Он был осужден на 4 года, формально за "подделку документов", на самом деле - за самиздат, издание альманаха "Память".
