На горной дороге, ведущей из Степанакерта в Ереван – многокилометровая пробка. Машины движутся очень медленно, путь, который раньше занимал шесть часов, теперь может занять двое-трое суток. Из 120 тысяч карабахского населения выехало уже две трети. Больше всего это похоже на исход.
Свободного жилья в Ереване нет. Волонтеры днем и ночью собирают вещи и еду для переселенцев, сдают кровь. Карабахцы приезжают в Армению без денег, почти без вещей, многие с одной-двумя сумками. Они подавлены, измучены, истощены. До того, как остаться без дома, эти люди перенесли 9-месячную продуктовую блокаду. Прошлого у них теперь нет, оно осталось по ту сторону азербайджанских блокпостов. Но и будущего нет. Что с ними будет в маленькой, экономически слабой, раздираемой политическими противоречиями Армении, никто не знает.
Все это – результат большой и долгой политической игры, в которой участвовали Турция, Россия, Иран, Израиль и многие другие страны. Споры и военные действия вокруг Карабаха длились больше тридцати лет, и вот наконец разрешились. Карабахская столица Степанакерт превратилась в азербайджанский Ханкенди. Президент Нагорного Карабаха Самвел Шахраманян подписал указ о прекращении существования Нагорно-Карабахской республики с 1 января 2024 года. О том, что к этому привело, oDR поговорил с политологом, директором ереванского Института Кавказа Александром Искандаряном.
