ОД "Русская версия"

"Красный город" или “ОМОНовск-сити”: как в Нижнем Новгороде преследуют политических активистов

Журналистка Ирина Славина, совершившая акт самосожжения перед зданием управления внутренних дел по Нижегородской области, в последние годы постоянно испытывала на себе давление силовых структур. Ее задерживали и таскали по судам как за профессиональную деятельность, так и за гражданскую активность. Прессинг политактивистов начался в Нижнем Новгороде не вчера.

Андрей Рыков
16 October 2020
Стадион Нижнего Новгорода
|
Вконтакте

Истории о пытках, жестких задержаниях и сфабрикованных делах из Нижнего Новгорода не раз гремели на всю Россию. Нижегородские антифашисты, попадавшие в конце нулевых "на беседы" в центр по противодействию экстремизма, рассказывали, что его тогдашний начальник Алексей Трифонов, хвастаясь своими возможностями, с гордостью называл Нижний Новгород "красным городом". По аналогии с "красными" зонами - исправительными колониями, где царят строгие порядки госорганов, а не самих заключенных.

Город еще в конце 1990-х годов получил прозвище "ОМОНовск-сити" за жесткие действия милиции и ОМОНа на футболе. В последние годы прошлого столетия от дубинок и берц нижегородских силовиков доставалось фанатам всех приезжавших столичных клубов. Когда в 2011 году в элитном дивизионе российского футбола вновь появилась команда из Нижнего, случился новый скандал. Во время приезда петербургского "Зенита" 18 июня 2011 года омоновцы применили силу к болельщикам гостей и разошлись настолько, что ударили электрошокером нападающего питерской команды Данко Лазовича, приняв его за фаната.

Но, справедливости ради, насилия на стадионах было уже значительно меньше, чем в девяностые. Зато всероссийскую известность у нижегородских омоновцев к тому времени переняли их земляки из Центра по противодействию экстремизму.

Дело "Антифа-RASH"

Центры "Э" появились в структуре МВД России в сентябре 2008 года на базе управления по борьбе с организованной преступностью. Они стали фактически новой политической полицией: следили за вольнодумной молодежью и старались "закрыть" наиболее радикальных ее представителей. В Нижнем Новгороде особое внимание "эшники" изначально уделяли национал-большевикам и неонацистам.

Крайне левых тоже задерживали, вызывали на профилактические беседы, угрожали, но уголовку на них не вешали - до 2010 года, когда появилось инициированное Центром "Э" дело нижегородских антифашистов Артема Быстрова и Альберта Гайнутдинова, обвиняемых в нападении на ранее судимого нациста Дмитрия Редькина. Антифа утверждали, что показания из них выбивали под пытками. Дело быстро закрылось за примирением сторон, но на следующий год оперативники ЦПЭ подготовились основательнее.

И вменяемых эпизодов, и самих обвиняемых стало больше, а в их квартирах во время обысков нашли "удостоверения" участников "организации "Антифа-RASH": отпечатанные на черно-белом принтере и сложенные пополам листки. Сами антифашисты - некоторые были плохо знакомы между собой - отрицали, что эти бумажки принадлежат им и что вообще такая организация существует. RASH - сокращение от Red and Anarchist Skinheads, международного сообщества красных и анархо-скинхедов. Скорее всего, опера увидели их логотип на каком-нибудь антифашистском сайте и решили использовать аббревиатуру в названии вымышленной группы, понадобившейся, чтобы вменить организацию экстремистского сообщества (ч.1 ст. 282 УК РФ). Кроме того, фигуранты дела "Антифа-RASH" проходили по статьям об умышленном причинении легкого вреда здоровью (ст. 115), побоях (ст.116) и хулиганстве (ст. 213) - ЦПЭ вспомнил несколько недавних драк антифашистов с нацистами и объединил их в одно дело.

404683_235085506573621_1526336598_n_RTJtRbX.width-800.jpg
"Удостоверение Антифа-RASH", созданное сотрудниками Центра "Э"

Гайнутдинов успел скрыться, не дождавшись задержания. Позже его примеру последовал Быстров, он бежал из-под домашнего ареста. Некоторое время они находились в Украине, пока не получили политическое убежище в Канаде. OpenDemocracy рассказывал об их эмигрантской жизни. Преследование остальных фигурантов - Павла Кривоносова, Олега Гембарука и Дмитрия Колесова - прекратили в декабре 2013 года по амнистии.

Дело школьников-поджигателей

В ночь на 1 сентября 2011 года в Нижнем Новгороде двое школьников пытались поджечь приемную депутата регионального парламента от "Единой России" Вадима Жука. Их задержали засевшие в засаде оперативники центра "Э". Операцию взятия с поличным сняли на видео.

Задержанными оказались два жителя Ленинградской области: 16-летний Дмитрий Яшков из Сертолово и 17-летний Илья Ульянов из Кингисеппа. Они познакомились на одном из националистических форумов, где переписывались также с неким нижегородцем. В материалах дела он проходил как неустановленное лицо. Он уговорил подростков приехать в Нижний для участия в акциях прямого действия, снял им жилье, помог изготовить коктейли Молотова, показал, как пройти к приемной депутата и предоставил костюмы полицейских, в которых нужно было совершить преступление.

Адвокат Ульянова Александр Закутайло утверждал, что этого человека его подзащитный узнал по фото - это, как писала "Лента.ру", находившийся в разработке у Центра "Э" нацист Алексей Дмитриев. Фотографии Дмитриева в вермахтовской форме времен Третьего Рейха публиковали на своем сайте нижегородские антифашисты, собиравшие досье на своих оппонентов. Защита предполагала, что "эшники" завербовали Дмитриева, использовали для организации преступления, которому не суждено было случиться, а потом укрывали - его так и не смогли найти в рамках этого дела. Яшков и Ульянов в итоге отделались условными сроками и штрафом в 5 тысяч рублей.

Задержание пенсионерки

Случаев насилия на мирных политических акциях и жестокого обращения с попавшими в полицейские отделения тоже было достадочно. Один из самых известных - задержание пенсионерки Лилии Греминой, шедшей на первый нижегородский "Марш Несогласных". "Марши Несогласных" были крупнейшими уличными демонстрациями российской оппозиции во второй половине 2000-х. Власти, как правило, не согласовывали их проведение. Первая акция в Нижнем Новгороде должна была состояться 24 марта 2007 года. Ее участников призывали собраться на площади Горького. Городская администрация организовала на этом месте детский праздник и на этом основании не согласовала проведение протестного мероприятия. "Несогласных", подходивших к площади, задерживали.

70-летняя Гремина узнала о планирующейся акции из уличного плаката. О том, что марш в итоге не согласовали, ей, по собственному признанию, изестно не было. Пенсионерка шла на площадь Горького с самодельным плакатом, упакованным в пакет. Он и привлек внимание милиционеров, дежуривших на подходе к площади. Из отчета по результатам общественного расследования, которое провела общественная организация "Комитет против пыток", оказывавшая юридическую поддержку нижегородке, следует, что Гремину попросили пройти в милицейский автобус после того, как она отказалась показать сотрудникам содержимое пакета. После непродолжительного спора, пенсионерка села на асфальт, выражая несогласие с действиями милиционеров. Ее подняли, но женщина продолжала не подчиняться, упираясь руками и ногами.

"В ответ на это милиционеры начали выворачивать Греминой руки, а сотрудник милиции, который сидел в автомашине, схватил Гремину за ногу, и таким образом ее затолкнули в машину. При этом Гремину кто-то сильно ударил в область спины. Чем ее ударили, она не видела, но испытала сильную боль в области поясницы", - говорится в отчете Комитета против пыток.

Пенсионерка находилась в автозаке и полицейском отделении более пяти часов. Часть этого времени она провела в подвале РУВД Автозаводского района, где у нее не было возможности пить, есть, сидеть и посетить туалет. Женщине стало плохо, и ее увезли на скорой в больницу. Позже Гремина сняла побои и обратилась к правозащитникам. Уголовное дело в отношении сотрудников милиции так и не было возбуждено. В мае 2020 года Европейский суд по правам человека присудил бывшей задержанной компенсацию морального вреда в пять тысяч евро. Еще 2950 евро Российская Федерация должна выплатить ей в качестве возмещения судебных издержек.

Альберт Кузнецов, руководитель отдела расследований "Комитета против пыток":

"Я не думаю, что в Нижнем Новгороде действительно более сильное давление, чем в других регионах. По-моему, здесь более заметные и громкие активисты, которые чаще предают огласке случаи давления на своих, поэтому, вероятно, и складывается подобное впечатление.

По своим впечатлениям могу сказать, что у нас в целом в стране система относится к полицейскому насилию с очень большим попустительством. А если с проблемой не бороться, то, естественно, со временем она становится острее, а последствия более явными. Долгое время нижегородский Центр противодействия экстремизму возглавлял, наверное, самый известный интернет-тролль среди всех силовиков - Алексей Трифонов. Его активность в интернете вызывала большой ажиотаж. Безусловно, это тоже служило источником привлечения внимания как к региону, так и к неоднозначной деятельности сотрудников ЦПЭ, которые участвовали в подавляющем большинстве случаев давления на местных активистов".

2020-10-16 12.39.32.jpg
Телеграмм-канал Алексея Трифонова

Дело Староверова

Еще один скандал, связанный с полицейской агрессией, случился в Нижнем Новгороде 15 сентября 2012 года. В этот день на площади Свободы проходил митинг в рамках всероссийской протестной кампании "Марш миллионов". Городские власти не захотели согласовывать акцию, но ее участники все равно собрались. Полиция применила к ним силу. Одной из пострадавших стала организаторка митинга, член незарегистрированной партии "Другая Россия" Екатерина Зайцева. Прапорщик ОМОН Игорь Лебедев наотмашь ударил по ее голове дубинкой. Девушка попала в больницу, где у нее были диагностированы закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга, ушиб мягких тканей волосистой части головы.

Комитету против пыток, представлявшему интересы Зайцевой, так и не удалось добиться привлечения силовика к уголовной ответственности. Следователь Сергей Малахов провел проверку и решил не возбуждать дело в отношении Лебедева, хотя момент удара крупным планом попал на видео.

Зато обвиняемым по статье о применении насилия в отношения представителя власти (ч.1 ст. 318 УК РФ) стал еще один участник "Другой России" Юрий Староверов. Он находился рядом с Лебедевым и, как посчитало следствие, обхватил руками голову и шею прапорщика, "применяя физическое насилие". Пострадавший силовик, выступая в суде, рассказал еще больше. Якобы Староверов душил его целую минуту, после того как он потерял шлем. При этом он признал, что бил окружавших его митинговавших. "Это были руки для меня, а не люди", - цитировало слова Лебедева "ОВД-Инфо".

Обвинение просило для Староверова четыре года колонии-поселения. Нижегородский районный суд дал три года условно.

Дело "нежелательной организации"

Журналистка Ирина Славина покончила с собой, оставив в Facebook послание "В моей смерти прошу винить Российскую Федерацию" - на следующий день после проведенного в ее квартире обыска. Одновременно силовики пришли домой к пяти нижегородским оппозиционным политикам. Все они проходили свидетелями по делу предпринимателя и настоятеля шуточного Храма Летающего Макаронного Монстра Михаила Иосилевича, которого обвиняют в связи с нежелательной в России организацией (ст. 284.1 УК РФ).

8 октября 2020 года Иосилевичу предъявили обвинение. В начале сентября предприниматель предоставил принадлежащее ему помещение под проведение тренингов для наблюдателей за выборами в городскую думу Нижнего Новгорода. Следователи считают семинары движения "Голос" проектом оппозиционного движения "Открытая Россия".

"Открытую Россию", созданную в 2001 году по инициативе Михаила Ходорковского, действительно признали нежелательной организацией в апреле 2017 года. Позже Генпрокуратура пояснила, что речь идет об одноименных обществах, зарегистрированных за пределами России. Однако активистов региональных отделений "Открытки" это не спасло от нескольких административных и даже уголовных дел, связанных с участием в "нежелательной организации". В марте 2019 года движение ради безопасности своих членов приняло решение о самороспуске. Однако вместо него появилась общественная организация с таким же названием. В Нижнем Новгороде у нее отделения нет. В "Голосе" связи с организацией Ходорковского отрицают.

Had enough of ‘alternative facts’? openDemocracy is different Join the conversation: get our weekly email

Комментарии

Мы будем рады получить Ваши комментарии. Пожалуйста, ознакомьтесь с нашим справочником по комментированию, если у Вас есть вопросы
Audio available Bookmark Check Language Close Comments Download Facebook Link Email Newsletter Newsletter Play Print Share Twitter Youtube Search Instagram WhatsApp yourData