В попытке улучшить жизнь российских университетов правительством РФ и Минобрнауки создаются все новые и новые проекты, программы, издаются приказы, вводятся дополнительные правила, организуется грантовое финансирование. Кажется, еще два-три распоряжения, и мы окажемся у цели: отечественные университеты и наука ворвутся в международное пространство, обойдут конкурентов во всевозможных рейтингах, привлекут в свои стены ведущих профессоров мира и платежеспособных студентов. Но что-то идет не так.
Обычно ключевой проблемой эксперты считают недофинансирование науки и образования. Действительно, в России, как отмечается в докладе ЮНЕСКО, доля расходов на науку в последние годы снижалась: в 2014 году расходы составляли 1,07% российского ВВП, а в 2018 году – 0,99%. "Даже в условиях целевых параметров нацпроекта "Наука" расходы увеличатся к 2024 году до 1,2% ВВП. При том, что крупнейшие научно-технические страны тратят на эти цели больше 3% ВВП," – говорит заместитель председателя Счетной палаты Галина Изотова.
Но есть и еще одна проблема, основательно тормозящая российскую науку. О ней говорят реже или не говорят вовсе: российские исследователи и сотрудники университетов работают в ситуации отсутствия свободы слова, в перманентном страхе, стремительно превращаясь из элиты в прекариев – полностью зависимый от воли работодателей, не обеспеченный социальными гарантиями, политически неорганизованный социальный класс.
