ОД "Русская версия"

Таджикистан: далекий близкий партнер

Как международные организации будут реагировать на будущее авторитарного режима в Душанбе? English

Бахтиёр Собири
3 July 2017
Dushanbe_Palace_4.jpg

Дворец президента в Душанбе, столица Республики Таджикистан. Фото CC-by-2.0: Kalpak / Flickr. Некоторые права защищены.

Моя страна – небольшая горная земля на юге Центральной Азии, ее граница с неспокойным Афганистаном – 1400 километров. Европейцы мало знают про эту страну, хотя все 25 лет своего существования она регулярно получает финансовую и техническую помощь Европы. 

Речь идет о Таджикистане – далеком и близком партнере Запада. В моей предыдущей статье эссе я рассказал историю забытой таджикской гражданской войны, которая разрушила нашу страну. Война привела к массовым потерям, исходу сотни тысяч беженцев – и, наконец, к мирному соглашению 1997 года, которое сейчас нарушает режим Эмомали Рахмона. 

Забытая или не забытая, трагедия таджикской гражданской войны, а также напряженная политическая ситуация в соседнем Афганистане, привела к тесным связям между Таджикистаном и европейскими институтами. Сумма помощи, оказанная западными организациями этой постсоветской стране – самой бедной из бывших республик СССР (ВВП на душу населения 1022 доллара США, по данным Всемирного банка за 2016 год) – в течение последных 20 лет, эта сумма составила более 1,5 млрд. евро (Сводная сумма. Сюда входят около млрд. американской помощи, 192 миллиона помощи ЕС, и расчета за предыдущие 20 лет.)

Помощь Таджикистану европолитики мотивируют по разному: от предотвращения гуманитарной катастрофы до обеспечения европейской безопасности.

С 2004 года в Душанбе работает Представительства Европейской Комиссии (с 2009 года Представительство Европейского Союза), действуют с десяток посольств европейских стран, представительства ЕБРР, МВФ, ВБ. В последние годы одобрено и реализовывается Многолетняя индикативная программа на 2014-2020 гг. в рамках, которого ЕС выделил Таджикистану 251 млн. евро. При этом товарооборот между всеми странами ЕС и Таджикистаном в два раза ниже. И зачем же Европе нужен этот далекий, но, кажется, близкий партнер? 

Во имя безопасности 

Европейское присутствие, конечно же объясняется вопросами безопасности. И именно поэтому в Таджикистане действует самая большая миссия ОБСЕ в Центрально-азиатском регионе: 5 полевых офисов и более 200 сотрудников. 

С самого начало этому присутствию были рады в официальном Душанбе, поскольку оно легитимизировало не очень крепкую власть, косвенно помогало привлечению гуманитарной, финансовой и технической помощи, а также позволяло властям маневрировать между крупнейшими мировыми и региональными игроками: США, Китаем, Россией, Ираном и Узбекистаном. 

Отношения между Евросоюзом и Таджикистаном становятся непростыми. Наши официальные СМИ стали открыто обвинять ЕС И ОБСЕ в поддержке оппозиции

В 2010 году политические и экономические отношения влились в ратификацию Соглашения о партнерстве и сотрудничестве между ЕС и Таджикистаном, подписанного еще в 2004 году. 

В 2011 году Таджикистан получил первый кредит от Европейского банка инвестиций , и в следующем году европейские институты активно помогали Таджикистану стать полноправным членом ВТО. Душанбе также получил право на пониженные тарифы и пошлины при ввозе товаров в страны ЕС. 

RIAN_02283359.LR_.ru_.jpg

Вооруженный межклановый конфликт в Таджикистане между сторонниками центральной власти и Объединенной таджикской оппозиции (1992-1997). Фото (c): Р. Мангасарян / РИА Новости. Все права защищены.

Но все кардинально изменилось в 2012 году, когда власти сочли себя достаточно сильными, чтоб взять новый курс на зачистку политического поля от всех конкурентов: оппозиционных политических партий, независимых СМИ, правозащитников и просто адвокатов и гражданских активистов. Партнерские отношения с западными организациями сильно ослабли. 

В результате отношения между Евросоюзом и Таджикистаном становятся непростыми. Официальные СМИ Таджикистана стали открыто обвинять ЕС И ОБСЕ в поддержке оппозиции. Переговоры по продлению мандата ОБСЕ с 2017 года шли тяжело, и вскоре стало ясно чего именно хочет авторитарный лидер Таджикистана.  

Нескрываемый ультиматум

С конца 2016 до весны 2017 года Бюро ОБСЕ в Душанбе ждало решения о продолжении своей работы в Таджикистане. В начале марта 2017 года таджикские власти все же согласились на продление мандата, но только на полгода. При этом в правительственных кругах уже в открытую говорят об уже принятом политическом решение о снижении статуса миссии ОБСЕ в Таджикистане.

Решение это было принято единолично президентом Таджикистана – бывшим председателем совхоза имени Ленина, 65-летним Эмомали Рахмоном, вот уже 24 года бессменно управляющим Таджикистаном. При этом именно Рахмон, безусловно, выиграл от важнейшего достижения ОБСЕ и других европейских институтов в Таджикистане – мирных переговоров в охваченной с 1992 по 1997 годы гражданской войной стране. Установившийся мир привел к укреплению личной власти Рахмона, тотальному подавлению любого типа инакомыслия и культу личности Рахмона по северокорейскому образцу.

Это и есть нескрываемый ультиматум Рахмона: готовность к сотрудничеству с ЕС взамен отказа от защиты основных прав и свобод человека

Президент Рахмон и его спецслужбы, также получающие регулярную финансовую и техническую помощь Запада, организовали 19 мая 2016 года постановочную акцию протеста у здания Представительства Евросоюза в Душанбе, а осенью того же года осуществили несколько агрессивных акций протеста у дипломатических представительств европейских стран. 

К примеру, 21 сентября 2016 года “возмущенная молодежь” сожгла портреты таджикских оппозиционеров у ворот офиса Бюро ОБСЕ в Душанбе. Изображающие гнев студенты пытались попасть на территорию центра и закидали камнями здание миссии. 

Ashton_Rahmon.jpg

Эмомали Рахмон и Кэтрин Эштон, верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности. Душанбе, 2012 г. Фото CC: European External Action Service / Flickr. Some rights reserved.

7 октября 2016 года Общественный Совет при Президенте Таджикистана выступил в стиле советской традиции “от имени и по поручению” 60 общественных организаций с “осуждением действий ОБСЕ”. Заявление было подписано представителями 6 проправительственных и “карманных” партий, участвующих в финансируемом ОБСЕ программах социального партнерства. Как ясно из текста заявления, таджикские власти были разгневаны тем что 19-30 сентября 2016 года на заседание ОБСЕ по человеческому измерению в Варшаве были допущены таджикские правозащитники, независимые журналисты и беженцы – в основном дети и родственники политзаключенных. Помимо этого, 18 ноября 2016 года Душанбе отказался участвовать в региональной конференции ОБСЕ по судебно-уголовному производству. 

Это и есть нескрываемый ультиматум Рахмона: готовность к сотрудничеству с ЕС взамен отказа от защиты основных прав и свобод человека, финансирование реформ без их проведения. Это при том, что “План действий по поддержке прав человека и демократии” на 2015-2019 годы и “Стратегические рамки в области прав человека и демократии”, принятые в 2012 году и документ "Европейский Союз и Центральная Азия: Стратегия нового партнерства", являются основаниями для деятельности Представительства ЕС в Таджикистане. Более того, пока таджикское правительство нарушает права европейских организаций, Европа вынуждена заниматься правами таджиков.

Новые беженцы 

С недавнего времени таджики массово ищут укрытия на территории стран ЕС. И хотя их много в лагерях для беженцев на территории Польши, Германии и Австрии, о них не пишут на страницах вечно возмущенных европейских газет. Официальной общеевропейской статистики пока нет, но есть национальная. Польша говорит о 1300 таджикских беженцах только за 2016 год. По разным оценкам, их 3-5 тысячах по всей Европе. Приблизительно столько же людей, по данным активистов запрещенной Партии Исламского Возрождения Таджикистана (ПИВТ), находятся в Турции, Беларуси и Украине и ждут возможности попасть в Европу. Точное количество беженцев находящихся в России из-за огромного количество таджикских трудовых мигрантов (от 800 тысяч до 1,5 млн. человек) в этой стране не знает никто. Из России в ЕС путь беженцев лежит через Беларусь. По информации белорусских правозащитников, этот небольшой поток не прекращается. 

Тем не менее, очевидно, что это всего лишь начало массовых репрессий в Таджикистане, где власти начали практиковать давление и нападения несогласных и инакомыслящих с молчаливого согласия европейских институтов еще в 2003-2005 годах. 

С недавнего времени таджики массово ищут укрытия на территории стран ЕС. Этот небольшой поток пока не прекращается

Мало кто из европейских политиков и общественных деятелей обратил внимание на арест основателя Республиканской партии Таджикистана, бывшего министра внутренних дел Таджикистана Якуба Салимова в Москве в 2003 году по запросу таджикских властей. Два года спустя не вызвали никакой реакции и похищение и вывоз председателя Демократической партии Таджикистана Махмадрузи Искандарова из Москвы. 

Вероятно, похижения были связаны с тем, что оба политика в годы гражданского противостояния были полевыми командирами. Перед президентскими выборами 2006 года европейские институты ограничились лишь осудительными заявлениями по поводу закрытия оппозиционных изданий: “Рузи нав”, “Одаму олам” и “Неруи сухан”. Эти заявления, также как и решение Европейского суда по правам человека “восстановить справедливость в этом деле”, были проигнорированы властями. 

Ситуация повторилась и накануне новых президентских выборов в 2013 году. Согласно внесенным в 2003 году изменениям в Конституцию страны, против которых выступали Салимов и Искандаров, право участвовать на выборах имел и сам Эмомали Рахмон. Из за этого ситуация в стране вновь накалилась. 

konf24.jpg

Активисты из Таджикистана протестуют против политических репрессий на заседание ОБСЕ по человеческому измерению в Варшаве, 2016 г. Фото: Группа 24. Все права защищены.

Попытки известного оппозиционера и журналиста Дододжона Атовуллоева координировать выдвижение единого оппозиционного кандидата на президентских выборах закончились покушением на его жизнь в Москве в январе 2012 года. Оппозиционер чудом спасся и долго отходил от ножевых ранений уже в Германии. 

В российском сегменте интернета появилась утечка “Протокола 32/20” Совета безопасности Таджикистана, в котором упоминалась ликвидация Партии исламского возрождения – наиболее реальной оппозиционной силы. Хотя власти отказывались признать существование этого документа, вскоре государственное телевидение начало активно пропагандировать запрет ПИВТ, как “фактора угрозы” и “зачинщика гражданской войны”. 

По государственным телевизионным каналам в прайм-тайм стали показывать серию скрытых видеосъемок порнографического характера “Нури Наҳзат” (“Свет Возрождения”, отсылка на Партию исламского возрождения) с участием “духовенства”, которые были названы исламистами и членами ПИВТ. Примечательно, что МВД и ГКНБ Таджикистана не скрывали, что являются авторами этих видеороликов и оперативных съемок.

24 июля 2012 года в ответ на криминальную разборку с участием высокопоставленных сотрудников Комитета госбезопасности Хорог, административная столица Горно-Бадахшанской автономной области на востоке страны, подвергся настоящему армейскому штурму. Оказалось, что целью операции была ликвидация оппозиционных лидеров региона. Население встало на защиту своих лидеров. Некоторые взялись и за оружие. При посредничестве лидера исмаилитов Ага-хана конфликт был разрешен. Один из лидеров Бадахшана – Имумназар Имумназаров, инвалид-колясочник, был убит у себя дома. Пострадало гражданское население. 

Позже, в во время слушания Национального доклада Таджикистана в Комитете ООН по правам человека таджикская сторона призналась, что в Хороге помимо 18 солдат и правительственных сотрудников погибли 23 мирных жителя. Эксперты назвали эти события акциями устрашения недовольных масс. 

За несколько месяцев до президентских выборов, в мае 2013 года был арестован и приговорен к 26 лет заключения Председатель партии “Новый Таджикистан”, бывший министр легкой промышленности Зайд Саидов. Его заподозрили в президентских амбициях. Местные СМИ посчитали предъявленные ему обвинения надуманными и фальсифицированными

Kuvvatov_Grave.png

Активист группы 24 выступает с речью возле могилы Умарали Кувватова в Стамбуле. Фото CC: YouTube / Group24. Все права защищены.

Лидер новой политической силы – “Группы 24” Умарали Кувватов был публично назван властями “сумасшедшим”, а вскоре объявлен в международный розыск. В марте 2015 году, Кувватов был убит выстрелом на улице в Стамбуле, в присутствии жены и детей. Убийство не раскрыто. 

В сентябре-октябре того же года 12 членов Правления ПИВТ были арестованы, а позже приговорены к длительным срокам заключения, двое к пожизненному заключению. Лидеру партии Мухиддину Кабири удалось скрыться в ЕС, где он недавно получил статус политического беженца. 

Лидер движения “Молодежь за возрождение Таджикистана” Максуд Ибрагимов был похищен из России и приговорен к 17 годам тюремного заключения. Дальнейшая судьба активиста Эхсона Одинаева, который также был похищен в России, пока неизвестна. 

Пятеро адвокатов по политическим мотивам приговорены к тюремным срокам. Среди них Бузургмехр Ёров – адвокат, защищающий права задержанных членов ПИВТ и их семей. Известный правозащитник приговорен к 25 годам тюремного заключения по надуманным обвинениям, в числе которых распечатка и чтение статей из российских СМИ. 

Новым способом давления таджикских властей на инакомыслящих и беженцев стало преследование их родственников

Власти также начали активно блокировать местные и международные интернет-ресурсы, включая Youtube и Facebook, и в ноябре прошлого года под давлением властей также были закрыты независимое информационное агентство “TojNews” и независимые газеты “Озодагон” и “Нигох”. Только за 2016 год “Репортеры без границ” насчитали пять нормативных и прочих актов правительства, направленных на ограничение свободы слова в Таджикистане. 

Правозащитники также подчеркивают, что относительно новым способом давления таджикских властей на инакомыслящих и беженцев стало преследование их родственников, к которым применяется дикая практика нападений на дома, дискриминация по месту жительства, работы и учебы. Именно эти события послужили поводом для принятия Резолюции Европарламента «О положении заключенных по убеждению» от 9 июня 2016 г. 

Это политика и привела к массовому бегству членов и сторонников ПИВТ, Группы 24, партии “Новый Таджикистан”, гражданских активистов и журналистов из Таджикистана. Они в основном и бегут в Европу. 

“Дорогу наследнику!”

Таджикистан за 25 лет правления Рахмона так и остается самой бедной постсоветской страной. Более 2,5 миллиона человек из 8,3 млн. населения в этой аграрной стране находятся за чертой бедности. 

До 1,5 млн. человек из 3,9 млн. экономически активного населения являются трудовыми мигрантами в России и Казахстане, где они не имеют элементарных человеческих прав. До недавнего времени именно трудовые мигранты обеспечивали экономику страны суммой, доходившей до 46 % ВВП. Основные отрасли экономики и рынки, включая цветную металлургию и горнорудную промышленность, продовольствие, транспорт, энергетику, сбыт хлопко-волокна и банковскую сфера Таджикистана, находятся под управлением или контролем близких родственников президента Рахмона. Государственные услуги являются одними из самых дорогих в мире (например, услуга заверения доверенности на управление машиной стоит более 80 евро). 

RIAN_02317572.LR_.ru-2.jpg

Торговля продуктами на Зеленом рынке в городе Душанбе в Таджикистане, 2013 г. Фото (c): Алексей Куденко / РИА Новости. Все права защищены.

С политическими правами дела обстоят еще хуже. По всеобщему признанию, в Таджикистане с 1994 года не проводятся выборы, отвечающие международным стандартам прозрачности. 

Реальная политическая деятельность запрещена, отсутствует свобода собраний и встреч, религиозные свободы ущемляются на государственном уровне. Независимые СМИ подавлены и уничтожены, правозащитная деятельность приравнена к “измене родине”. За критику и “неуважение” Лидера нации предусмотрено уголовное наказание в виде 5 лет лишения свободы.

В этих условиях бессменный лидер Таджикистана Эмомали Рахмон в мае 2016 года инициировал изменения в Конституцию страны, позволяющую ему вновь избраться в президенты, уже как “Лидеру нации”. 

Изменения также дают его старшему сыну 29-летнему Рустами Эмомали – генералу, не служившему ни дня в армии, избраться в президенты уже в 2018 году. Сын президента уже успел – побывать на двух министерских должностях: председателя Госкомитета по таможне и директора Агентства по борьбе с коррупцией. Наконец, в феврале 2017 года Рахмон, сместив с поста мэра столицы Махмадсаида Убайдуллоева, давнего соратника, председателя Маджлиси Милли-верхней палаты парламента страны, назначил своего старшего сына на его место

Конституционные изменения также гарантируют неприкосновенность Рахмону и всем членам его многочисленной семьи: семерым замужним дочерям, семерым зятьям, восьми тестям, двоим сыновьям и старшему брату – бывшему трактористу совхоза имени Ленина Нуриддину Рахмонову. 

Они, названные местными комментаторами “Оила” (семьей), контролируют все сферы экономики Таджикистана, начиная от банковской сферы до поставок продовольствия, строительства и транспорта, отдыха и развлечения, рынка нефтепродуктов и и даже выдачи прав на вождение автомобиля.

Авторитарские режимы в центральной Азии не являются изолированными ханствами, но польностью подключены к мировой финасовой и правовой системе

Большинство членов “Семьи” также занимают высокие политические посты, включая руководителя Аппарата Президента. Последнюю возглавляет дочь президента Озода Рахмон. 

Многие комментаторы на Западе изображают диктаторские режимы Центральной Азии изолированными ханствами, существующими отдельно от глобальных систем. Но диктаторы и приближенные к ним люди давно используют европейские финансовые и правовые системы в целях укрепления власти у себя на родине и получения доступа к западным институтам - символам статуса и правовой защите.

“Оила” не является исключением. Это и есть неотъемлемая часть взаимоотношений между Таджикистаном и странами ЕС — несмотря на все письменные гарантии и соглашения, сошедшие на нет. Становится очевидным, что авторитарный лидер Таджикистана узурпировал власть и зачищает политическое поле для более безболезненной передачи власти своему сыну и для сохранения нажитых капиталов. Кажется, именно перед такой перспективой стоит наша несчастная страна — но может быть, европейские партнеры будут более успешно сотрудничать с лидером нации из нового поколения автократов.

Had enough of ‘alternative facts’? openDemocracy is different Join the conversation: get our weekly email

Комментарии

Мы будем рады получить Ваши комментарии. Пожалуйста, ознакомьтесь с нашим справочником по комментированию, если у Вас есть вопросы
Audio available Bookmark Check Language Close Comments Download Facebook Link Email Newsletter Newsletter Play Print Share Twitter Youtube Search Instagram