ОД "Русская версия"

У России два горба

Каков уровень реальной поддержки правящей партии — помимо "вбросов" и "подгонки" цифр? Может ли похожая тактика быть применена на будущих выборах и какой результат она даст?

Сахаровский центр
2 November 2016
RIAN_02939501.LR_.ru__0.jpg

Можно познакомиться со программой дебатов в Сахаровском центре здесь. (c) Павел Лисицын / РИА Новости. Все права защищены.20 октября в Сахаровском центре состоялась дискуссия "Выборы-2016: двугорбая Россия", посвященная нарушениям во время последнего избирательного сезона.

По итогам сентябрьских выборов в Госдуму Россия переместилась в группу политических режимов, где правящая партия контролирует сверх-большинство (более 3/4) мест в парламенте. Как был достигнут этот результат? Спустя месяц после думских выборов итоги подводили доцент экономического факультета НИУ ВШЭ Алексей Захаров, политологи Александр Кынев и Борис Овчинников, сопредседатель совета движения "Голос" Аркадий Любарев и физик, независимый исследователь выборов Сергей Шпилькин. Вел разговор экономический обозреватель Борис Грозовский.

История цифр

“Двугорбая Россия” - это название аналитической работы Сергея Шпилькина, выпущенной по первым итогам сентябрьских выборов. Именно такой образ представился физику, когда он разложил официальные результаты по уже привычным для пользователей рунета графикам, которые Шпилькин уже несколько составляет после каждых выборов для иллюстрации масштаба фальсификаций.

По словам Шпилькина, на прошедшие выборы он - как и многие другие наблюдатели - возлагал “некоторые надежды” на уменьшение числа нарушений при голосовании. Однако уже первые сведения о явке очевидно демонстрировали, что о честных выборах речи не идет, рассказывает он. Зачастую явка на соседних участках различалась чуть ли не на 50%, что, по мнению Шпилькина, сложно представить в реальности.

Уже первые сведения о явке очевидно демонстрировали, что о честных выборах речи не идет

Как и на думских выборах 2007 и 2011 годов, распределение поданных голосов в зависимости от явки на избирательных участках оказалось “двугорбым”, говорит он.  При этом первый, главный, "горб" распределения оказался на беспрецедентно низкой явке — с максимумом в районе 37%,  (а это меньше, чем когда-либо в новейшей истории российских выборов). На участках в этой первой части распределения лидирующая в голосовании "Единая Россия" получила около 40% голосов. Второй же пик распределения, где традиционно для всех последних думских выборов "Единая Россия" имела подавляющее преимущество, расположился на явках 80–95%.

Шпилькин показал, когда и как именно на российских выборах, начиная с 1999, начинает прослеживаться математическая зависимость результата партии власти от явки. На выборах 2004 года он обнаруживает первые следы масштабного административного влияния, 2011-й характеризуется беспрецедентными вмешательствами по явке, а 2012-й выборный цикл - гораздо более сдержанный.

Возвращаясь к только что прошедшим выборам в Госдуму, Шпилькин предложил условно поделить всех голосовавших за "Единую Россию" поровну на “Две России”: одна, которая голосует с явкой ниже 57%, и другая - с более высокими показателями. В "первой России" 85 млн. избирателей, явка 38% и “Единая Россия” получает более 43% голосов. Во “второй же России” - 24 млн., явка почти 80% и результат “Единой России” стремится к 72,5%.

Никакую рациональную модель, которая бы объясняла такое распределение с точки зрения логики, создать не удается, уверен Шпилькин.

Если представить, что  партию “Единая Россия” сняли с выборов, и скорректировать явку с учетом отсутствия ее избирателей, график по результату значительно изменит свой внешний вид, превратившись в колоколообразные кривые  - то есть, в один нормальный “горб”, а не в два.

На особых условиях

Есть несколько способов анализа электоральных искажений, начал свое выступление политолог Александр Кынев, и каждый из них наглядно демонстрирует технологию влияния на результаты выборов. Например, по официальным протоколам всегда видно раздутие списков. Спецкатегории для голосования - надомники, выносные урны, открепительные - это именно те показатели, которые сразу же выдают проблемные места, рассказывает Кынев. Кстати, экзит-поллы Левада-Центра 2011 года, и данные по спецкатегориям полностью подтверждают результаты, полученные “методом Шпилькина”, добавил Кынев: там, где по экзит-поллам у “Единой России” не самый хороший результат, оказывается завышенным по сравнению с соседями число голосований на дому и на графиках Шпилькина растет второй “горб”. В этой раскладке выборы 2012 года тоже выглядят самыми “приличными”, указал Кынев, а только что прошедшие - похожи на логическое возвращение к былым масштабам фальсификаций.

При этом Кынев считает, что именно сейчас впервые стал важен именно количественный, а не качественный  результат “Единой России”.

Официальный результат партии власти - 54%, уточнил Аркадий Любарев. Мажоритарная система вообще устроена так, что любая партия получает мандатов больше, чем доля ее голосов. Это не российская специфика - так происходит практически везде: и в Германии, и в Венгрии.  А вот то, что в этот раз выделяет Россию - так это так называемая “лепестковая” нарезка, рассказывает он. Именно такое территориальное деление - когда города смешиваются с деревнями - обеспечивает уменьшение территориальной однородности между социальными  группами и по идее должно быть на пользу результату.

Как под копирку

Во всем мире чем выше уровень выборов, тем выше явка, рассказал Алексей Захаров: на президентские всегда ходят с большей охотой, чем на местные. Снижение явки у нас говорит о том, что люди в России перестали приписывать выборам то высокое и важное значение, которое признавали за ними раньше. Сыграл свою роль и так называемый “эффект знамени”, когда рейтинг руководства страны сильно взлетает в напряженный момент, а потом в течение года-полутора падает. Там всегда происходит в США, когда Америка кого-то бомбит, так, видимо, произошло и у нас с Крымом, уточняет он.

Россия - электоральная автократия: есть фасад демократических институтов, но эти институты настолько контролируются государством, что сменяемость власти в принципе невозможна

Россия - электоральная автократия, объяснил Захаров: с одной стороны, есть фасад демократических институтов, но при этом все эти институты настолько контролируются государством, что сменяемость власти в принципе невозможна. Еще недавно эксперты всерьез говорили о том, что можно сфальсифицировать не более 3-5% голосов, но сейчас уже пришло понимание, что можно сфальсифицировать и 50%.

Например, в Саратове, в Кемерове и других городах зафиксированы случаи, когда на нескольких избирательных участках в одном ТИКе была совершенно одинаковая явка или идентичные результаты “Единой России”. Вероятность того, что это может произойти случайно, чрезвычайно мала. Захаров подсчитал количество ТИКов, на которых есть 5 и более участков с совершенно одинаковыми результатами (с разницей не более 0,2%): их оказалось 189.

Слишком разные

Россия - благодатнейший материал для  исследований фальсификаций на выборах, рассказал Борис Овчинников. Потому что здесь сложилась уникальная комбинация: огромное пространство, где одновременно практикуются всевозможные фальсификации в самых разных масштабах и форматах, а с другой стороны публикуются в открытом доступе все электоральные статистические данные. Например,  в соседнем Казахстане они в принципе очень плохо доступны.

Именно поэтому российская наука занимает первое место в мире в математическом анализе выборного процесса, пошутил Овчинников.

Еще в 2011 году Овчинников выявил, что существуют города с слишком большой разницей в результате “Единой  России” по районам, слишком большой дисперсией. В других городах оказался аномально маленький разброс. И то, и другое прямо нарушает теорию вероятности.

“Тогда я понадеялся, что такие глупости больше не повторятся, - сказал Овчинников..  - Но они повторились на этот раз, только в еще большем объеме”.

Подводя итоги разговора, модератор Борис Грозовский привел расхожее сравнение участия в выборах с заведомо ложным результатом с игрой с шулерами. Однако Алексей Захаров тут же его поправил: сравнение с игрой с шулерами плохое, потому что игра предполагает возможность отказа от участия в ней, а выборы нам такого варианта не оставляют. Даже если вы не ходите на выборы, вы тоже в них “играете”, добавил Кынев: просто на стороне шулеров.

 

Had enough of ‘alternative facts’? openDemocracy is different Join the conversation: get our weekly email

Комментарии

Мы будем рады получить Ваши комментарии. Пожалуйста, ознакомьтесь с нашим справочником по комментированию, если у Вас есть вопросы
Audio available Bookmark Check Language Close Comments Download Facebook Link Email Newsletter Newsletter Play Print Share Twitter Youtube Search Instagram WhatsApp yourData