ОД "Русская версия"

Транзит внутри Лукашенко. Для чего властям Беларуси понадобилось менять конституцию

В Беларуси 27 февраля должен состояться референдум по изменению конституции. Александр Лукашенко продвигает принятие поправок, которые дают ему в руки мощный механизм авторитарного транзита власти. Парадокс ситуации заключается в том, что вряд ли он воспользуется этим механизмом в обозримом будущем.

Игорь Ильяш
1 февраля 2022, 2.05
Natalia Fedosenko/TASS/Alamy Live News

Лукашенко меняет конституцию уже третий раз за годы своего правления. Первые два референдума по изменению основного закона страны выглядели вполне логичными шагами в процессе установления в Беларуси персоналистской диктатуры: в 1996-м Лукашенко значительно расширил свои полномочия и сократил полномочия парламента, а в 2004-м снял ограничения на количество президентских сроков.

Впервые о третьем изменении Конституции Лукашенко заговорил еще осенью 2016 года: тогда он заявил о необходимости “создать группу мудрецов, юристов, которые проанализируют основной закон”. В последующие годы он периодически возвращался к этой теме, время от времени говорил о необходимости конституционной реформы, но по факту никаких конкретных действий не предпринимал.

В 2020 году эта тема приобрела совершенно иное звучание. В условиях массовых протестов свою давнюю инициативу Лукашенко начал преподносить как доказательство готовности идти на диалог с обществом и реформировать страну. При этом суть конституционной реформы не озвучивалась: он лишь упоминал о некоем туманном перераспределении полномочий.

Транзит для прекрасного далёка

Только в феврале 2021 года Лукашенко впервые обозначил свою главную идею: наделить Всебелорусское народное собрание (ВНС) чрезвычайными полномочиями, чтобы иметь “подстраховку” на тот случай, если “к власти придут не те, и у них будут другие взгляды”.

“Мы запишем, что ни один волос с вас, сторонников нынешнего президента, упасть не может… Если этот общественный договор, который мы заключим, будет нарушен, вся власть будет у всенародного собрания. У вас. Даже без меня”, — заявил он, обращаясь к делегатам ВНС.

Лукашенко де-факто предложил комбинацию, в рамках которой его соратникам будет гарантирована монополия на власть в обход даже формальной процедуры выборов

Следует понимать, что Всебелорусское народное собрание — это вовсе не парламент. То есть в данном случае речь не идет о перераспределении полномочий между законодательной и исполнительной ветвями власти. ВНС — это форум сторонников Лукашенко, куда входят представители номенклатуры, государственных предприятий, институтов и организаций. ВНС был призван периодически демонстрировалась “всенародную поддержку” Лукашенко, но при этом конституционными полномочиями ранее не обладал. Формировалось же собрание, по сути, тайно — мандаты для участия в форуме просто распределялись в административном порядке. То есть Лукашенко де-факто предложил комбинацию, в рамках которой его соратникам будет гарантирована монополия на власть в обход даже формальной процедуры выборов.

2_-_media--a496dc81--query@2x.jpeg
president.gov.by

Судя по всему, Лукашенко достаточно давно стал задумываться над тем, что будет с его семьей, окружением и политическим наследием, когда сам он уже физически не сможет управлять государством. Возможно он даже допускал, что когда-нибудь отойдет от дел самостоятельно: передаст президентский пост своему преемнику, но при этом сохранит все рычаги влияния на ситуацию и статус своеобразного “лидера нации”. Похоже, Лукашенко внимательно изучал опыт авторитарного транзита власти, реализованного Нурсултаном Назарбаевым в Казахстане, — до января 2022 года этот пример казался вполне успешным. Но вероятнее всего вопрос транзита Лукашенко интересовал лишь в отдаленной перспективе — отходить от дел прямо сейчас он не планировал. Именно поэтому в течение 2016-2020 гг. работа над проектом новой конституции не могла сдвинуться с мертвой точки — просто форсировать эту тему не было необходимости.

Интересы Кремля

Теперь же проведение конституционной реформы в Беларуси стал активно лоббировать Кремль. Судя по всему, это оказалось одним из ключевых условий, на которых Россия готова была поддержать режим Лукашенко во время массовых протестов 2020 года.

Причем изначально речь шла не просто об изменении конституции, но также о досрочных парламентских и президентских выборах, которые должны были пройти сразу после конституционной реформы. В августе-сентябре 2020 года президент Владимир Путин и глава МИД Сергей Лавров несколько раз публично ссылались на подобные обещания Лукашенко, говоря о политическом кризисе в Беларуси. Впоследствии в Кремле регулярно заявляли о поддержке конституционной реформы как залога “модернизации политической системы и нормализации обстановки”. Правда, тема досрочных выборов из риторики Москвы вскоре полностью исчезла.

Москве нужны гарантии того, что Беларусь останется в сфере российского влияния и без Лукашенко

Свои пожелания насчет содержания конституционной реформы в Беларуси российские власти публично так ни разу и не озвучили. Но в целом понятно, чего хочет добиться Кремль. Путин рассчитывает сделать белорусскую политическую систему более предсказуемой и управляемой. Ведь события 2020 года высветили для Кремля серьезную проблему: их интересы в Беларуси всецело завязаны на одного человека — Лукашенко. Заменить его некем. Действующая в Беларуси персоналистская система просто не предусматривает появление иных игроков и центров притяжения, при помощи которых Москва могла бы влиять на ситуацию.

В декабре 2020 года The Insider опубликовал документы из Администрации президента РФ, подготовленные управлением, которое возглавляет генерал СВР Владимир Чернов. В документах констатировалось, что в Беларуси растет “массовое и глубинное неприятие” Лукашенко, которое “все сильнее охватывает административные слои”. Поэтому генерал советовал российскому руководству принудить Минск к конституционной реформе, в результате которой будут значительно расширены полномочия парламента. В новом парламенте пророссийские силы должны получить большинство, что “сделает внутреннюю и внешнюю политику страны более определенной”.

Понятно, что документы генерала Чернова — это лишь один из возможных сценариев, которые рассматривались в окружении Путина. Но они неплохо иллюстрируют логику Кремля. Конечная цель в любом случае одна: Москве нужны гарантии того, что Беларусь останется в сфере российского влияния и без Лукашенко. И конституционная реформа была призвана решить эту задачу.

Народовластие от Лукашенко

В итоге сложилась двойственная ситуация. С одной стороны, о конституционной реформе Лукашенко размышлял уже давно. Но тема транзита власти ему была интересна только из расчета на отдаленное будущее, которое еще неизвестно когда наступит. И уж точно он не хотел бы реализовывать такую сложную комбинацию именно теперь, в условиях катастрофической электоральной ситуации. "Если уже откровенно, то мне этот процесс абсолютно не нужен”, — признался Лукашенко на одном из совещаний.

С другой стороны, Кремль продолжает настаивать на конституционной реформе, а Лукашенко находится не в той ситуации, чтобы ссориться со своим единственным союзником. Поэтому в конце 2021 года он все же представил проект новой конституции.

1433.width-2050.jpg
president.gov.by

Как и ожидалось, главные изменения касаются роли Всебелорусского народного собрания. ВНС получает конституционный статус “высшего представительного органа народовластия” и огромные полномочия: право вводить военное и чрезвычайное положение, избирать и смещать судей Верховного и Конституционного суда, а также формировать центральную избирательную комиссию (ЦИК). Но самое главное, что ВНС сможет смещать президента в случае систематического нарушения им конституции или госизмены, а также рассматривать вопрос о легитимности выборов и давать “обязательные для исполнения поручения государственным органам”.

Если Лукашенко решит оставить пост президента, то, возглавив ВНС, он все равно сосредоточит в своих руках огромные полномочия — вплоть до смещения неугодного президента и отмены результатов выборов, на которых победили “не те”. В бонус к этому бывший президент получит гарантии личной неприкосновенности и пожизненное сенаторство.

В качестве демократического пряника в конституцию будет возвращена норма о том, что президент может избираться не более чем на два срока. Правда, сроки Лукашенко при этом обнуляются: то есть он все равно оставляет себе право находиться на посту президента до 2035 года.

Транзит, которого не будет

Новая конституция даст в руки Лукашенко мощный механизм авторитарного транзита власти. Вопрос заключается лишь в том, планирует ли он в ближайшие годы привести этот механизм в действие? Все указывает на то, что этого не случится и новая модель управления останется лишь на бумаге.

Во-первых, после событий 2020 года режим Лукашенко находится в состоянии перманентной нестабильности. Он утратил легитимность в глазах большей части населения, уровень неприятия и непримиримости по отношению к власти в белорусском обществе крайне высок. Затевать в таких условиях транзит — это огромный риск.

Конституционная реформа сводится к перераспределению полномочий между правой и левой рукой Лукашенко

Во-вторых, январские события в Казахстане дискредитировали саму идея транзита — причем вне зависимости от того, в каких условиях этот транзит осуществляется. Пример Казахстана показал, что делегирование своих полномочий де-юре очень быстро может привести к утрате власти де-факто. И никакие пожизненные государственные посты при этом не помогут. Лукашенко мог сделать из этой ситуации только один вывод: власть нужно держать в своих руках столько, сколько это вообще возможно.

Но если Лукашенко не собирается оставлять пост президента, то особые полномочия ВНС ему не просто не нужны — они для него опасны. В системе возникнет новый центр притяжения, который, по крайней мере в теории, может ограничивать его власть. Чтобы этого избежать, в проекте конституции было прописано право Лукашенко (и только его) одновременно быть и президентом, и председателем ВНС. Замглавы администрации Лукашенко Ольга Чуприс назвала это “дополнительным страховочным тросом” на переходный период. Круг замкнулся: по сути, конституционная реформа сводится к перераспределению полномочий между правой и левой рукой Лукашенко. И де-юре, и де-факто ничего изменится.

Белорусская оппозиция считает предстоящий референдум нелегитимным. При этом демсилы призывают белорусов не бойкотировать голосование, а приходить на избирательные участки и портить бюллетени. По мнению Светланы Тихановской, это единственный безопасный способ высказать свое отношение к режиму и показать, что сторонников перемен — большинство. Про организацию уличных протестов во время референдума речи сейчас нет, оппозиция их пока не планирует. Однако сам Лукашенко недавно про такую угрозу заявлял — он прекрасно понимает, что электоральная кампания в любом случае приведет к активизации общества. Не случайно, что в день объявления даты референдума МВД Беларуси провело учения по подавлению уличных протестов с учетом опыта событий в Казахстане.

В тени угрозы большой войны

После казахстанских событий многие предполагали, что Лукашенко вообще откажется от проведения референдума. Но он все же не стал этого делать. Почему?

Судя по всему, сыграли роль несколько обстоятельств. Во-первых, Лукашенко важно хотя бы формально выполнить обещания, которые были даны Путину. Конечно, сомнительно, что Москву устроит такой вариант конституционной реформы, ведь референдум ничего не изменит и все российские интересы в Беларуси по-прежнему будут завязаны на одного человека. Но по-крайней мере тему транзита власти теперь удастся успешно заболтать. Дескать, Лукашенко вовсе не отказывается от этой идеи — он, по его собственному признанию, просто ждет когда вокруг все будет “тихо и спокойно”.

конституция 1.png
Стикер на автобусной остановке в Минске
|
Alan Green / Alamy Stock Photo

Во-вторых, отмену референдума все однозначно восприняли бы как реакцию на события в Казахстане — то есть это выглядело бы как проявление испуга и слабости. А Лукашенко старается не совершать действий, которые могли бы быть восприняты подобным образом.

В-третьих, кампания по проведению референдума удачно для белорусского режима совпала с военно-политической эскалацией вокруг Украины, в которую Беларусь благодаря действиям Лукашенко оказалась активно вовлечена. Было объявлено о проведении внеплановых российско-белорусских учений на границе с Украиной, началась переброска российских войск в Беларусь, причем масштабы этой переброски намеренно скрываются. Впервые со времен обретения независимости появилась реальная угроза участия Беларуси в вооруженном конфликте. Да и сам Лукашенко умело нагнетает атмосферу вокруг этой темы: в течение недели после объявления даты референдума он в каждом своем выступлении говорил о возможной войне.

Таким образом, с одной стороны, и для самих белорусов, и для международного сообщества референдум оказался в тени угрозы большой войны. Появился шанс провести кампанию, не привлекая к ней особого внимания, превратив в чисто техническое мероприятие. С другой стороны, российские войска на территории Беларуси можно рассматривать как дополнительную страховку для режима Лукашенко на случай протестов и дестабилизации ситуации.

Ну и, наконец, у Лукашенко остается возможность в последний момент отменить референдум — он уже несколько раз подчеркивал, что может пойти на это в случае войны. А война сегодня выглядит отнюдь не фантастическим сценарием.

oDR openDemocracy is different Join the conversation: get our weekly email

Комментарии

Мы будем рады получить Ваши комментарии. Пожалуйста, ознакомьтесь с нашим справочником по комментированию, если у Вас есть вопросы
Audio available Bookmark Check Language Close Comments Download Facebook Link Email Newsletter Newsletter Play Print Share Twitter Youtube Search Instagram WhatsApp yourData