This week in Russia there’s been something of everything — arrests, assaults and bannings. But at least three people have been released from prison.
Отсутствие института независимой экспертизы - не частная проблема. Это одно из важнейших условий "консервативного поворота" в России. English
Расследование "Трансперенси интернешнл” о деятельности российских театров - свидетельство тому, что в России антикоррупционная повестка оттеснила правозащитную. Но есть ли смысл стоять на страже законов, ущемляющих демократию? English
Жители Сирии бегут от войны в другие страны, в том числе и Россию. Но здесь им приходится сражаться по новой - уже с ФМС и МВД - за свой статус, свободу и право на жизнь. English
Erkin Musaev spent 11 years in prison on fabricated charges. As signs of cautious reform emerge in Uzbekistan, this former political prisoner is keen to see real change happen.
Цифровая безопасность, понятая в изоляционном и авторитарном духе – как суверенитет произвола внутри страны – не только превалирует над идеей развития, но и блокирует ее. English
Im letzten Monat hat die Russische Bildungsaufsichtsbehörde der Europäischen Universität mitgeteilt, ihr keine neue Lizenz als Bildungseinrichtung zu erteilen. Mit diesem Schritt verdeutlicht Russland ein weiteres Mal, dass das Land auf die Meinung der internationalen Öffentlichkeit keinen Wert me
The Azerbaijani authorities are using international criminal warrants to pursue their critics abroad. It looks like they’re getting away with it.
Пока украинские политики и международные организации отказываются открыто признать конфликт с Россией полноценной войной, на востоке страны продолжают гибнуть люди. English
An incident involving international election observers during Georgia's 2016 parliamentary election raised questions that the official investigation is still yet to answer.
Diplomatic games are being played in and around Ukraine. But officially recognising a Russian invasion is the only way toward peace. RU
The search for Russian influence in Ukraine’s media is an important task. But when the mainstream makes little space for inconvenient facts, who ends up losing?
