Last summer, Anastasiya Melnychenko used a single hashtag to start an entire campaign against rape. How is it faring today? RU, Українська
Минулого літа Анастасія Мельниченко за допомогою лише одного хештега почала цілий рух проти зґвалтування. Що відбувається з цим рухом сьогодні? English, RU
Прошлым летом Анастасия Мельниченко посредством всего лишь одного хештега начала целое движение против изнасилования. Как сегодня обстоят дела с этим движением? English, Українська
As democracy hollows out in Moldova, a new draft law on NGOs appears designed to keep civil society in check.
This week, LGBT activists in St Petersburg and feminists in Krasnodar were threatened and attacked.
When you find yourself doing the same thing Putin and his propaganda machine does, you’re doing something wrong.
From rebuilt mosques to new oil contracts, Russian firms are cashing in as the Assad regime gains the upper hand in Syria.
A year and a half ago, the authorities in Abkhazia banned abortions in nearly all circumstances. These women have paid the price.
С момента грузино-абхазской войны прошло 25 лет. Но ситуация с грузинскими беженцами до сих не урегулирована. English
В Дагестане нерешенный земельный вопрос снова стал причиной столкновения народов. Конфликт разразился между чеченцами и аварцами. English
Russia’s Foreign Agent law has made the existence of many NGOs practically impossible. But solidarity is rising among organisations that are working against these restrictions. RU
