Говорят, что общественные ожидания от осенних выборов в России невелики: мол, сами они мало что значат, а избиратели мало что могут сделать. Оппозиционный политик может в ответ на это предъявить свидетельства манипуляций, с помощью которых власть снижает интерес граждан к выборам. А со стороны социальной науки, в свою очередь, требуется критика того, как собирается информация об общественных ожиданиях.
Дело в том, что основные инструменты, которыми пользуются российские социологи, несовершенны даже для замера поверхностного общественного мнения, не то что для улавливания общественных настроений. Но именно глубинные настроения, а не мнения — часто поверхностные и искажаемые из-за боязни социально неодобряемых ответов — говорят о потенциале политического действия и о том, какого развития событий можно ожидать. Чтобы увидеть, описать и проанализировать эти настроения, массовые опросы, выдающие множество количественных данных и сами по себе еще не являющиеся социологическими исследованиями, годятся только в качестве вспомогательного средства. Разумеется, в России существуют и качественные социологические исследования общественных настроений. Проводятся они, как правило, при помощи методов наблюдения и интервью. Однако такие исследования до сих пор были направлены на слишком узкие популяции, а их методология не позволяет перекинуть мост от анализа настроения отдельных групп к выводам о широких культурных и идеологических процессах.
Но давайте все же посмотрим, как массовые опросы могут улучшить понимание того, что происходит сегодня в России. С одной стороны, наблюдая за тем, как и в каких условиях они проводятся, мы можем говорить об их коррумпированности в широком смысле, то есть – об их институциональной испорченности. Эта коррумпированность получаемой информации обусловливается двумя основными факторами: чрезмерной государственной ангажированностью мейнстримной опросной индустрии и дефектами самой опросной среды, отравленной пропагандой и не способствующей искренности респондентов. В этих условиях приводимые поллстерами абсолютные показатели – например, будто 70% россиян положительно относятся к роли Сталина в истории страны – не могут вызывать доверия.
