По прошествии десяти лет с подписания "Бишкекского протокола", ознаменовавшего завершение Первой Карабахской войны, в первом апрельском номере журнала “Монитор” за 2004 год, известный азербайджанский журналист Эльмар Гусейнов писал, что: "Состояние "ни мира, ни войны" так и не принесло решения Карабахского конфликта. Возможность мира в Карабахе маловероятна - слишком различны желания сторон. […] Можно ли достичь компромисса в таких условиях? Вряд ли. Очевидно, что процесс мирного урегулирования зашел в тупик".
На протяжении последующих двух десятков лет "желания сторон" так и оставались различными, и мир в регион, как предвидел Гусейнов, так и не пришел. Переговоры имитировались с разной степенью интенсивности. Армянская сторона, не имея шансов добиться международного признания независимости Республики Арцах, стремилась максимально растянуть во времени состояние "ни мира, ни войны" и удерживать завоеванную за ее пределами в 1991–1994 годах территорию. В Азербайджане мечтали о реванше и готовились к нему. Как и в начале 1990-х политики и национал-патриоты были готовы проливать свою и чужую кровь. Что множество раз и случалось за эти годы на линии соприкосновения армянских и азербайджанских вооруженных сил. Политики, эксперты, публичные интеллектуалы и граждане с обеих сторон хорошо понимали, что рано или поздно из уютных дипломатических залов и кабинетов споры будут перенесены на поле боя. К осени 2020 года так и случилось.
Настоящие трагедии
Но ни Вторая Карабахская (27 сентября — 10 ноября 2020), ни любая другая по счету война не могла принести мир. Несмотря на заверения Ильхама Алиева о завершении конфликта, противостояние продолжилось. На территории Нагорного Карабаха (Арцаха) и после 2020 года оставались вооруженные подразделения, участвовавшие в "44-дневной войне"; правительство самопровозглашенной республики продолжило существование. Мечты о независимости не были преданы забвению. Статус этого небольшого региона и его армянского населения все так же по-разному виделся из Баку, Еревана и Степанакерта.
