Print Friendly and PDF
only search openDemocracy.net

Весна протестов

Правозащитный обзор российских протестов в марте и апреле: "АнтиДимон", "Надоел" и другие. Кто протестовал и чем это может закончиться? English

Акции протеста против коррупции в Санкт-Петербурге, Апрель 2017 г. Фото CC-by-2.0: Farhad Sadykov / Flickr. Некоторые права защищены.

В марте и апреле в России прошли заметные и массовые протестные выступления. Самой громкой стала акция "АнтиДимон" инициированная Алексеем Навальным и Фондом Борьбы с Коррупцией (ФБК). 26 марта десятки тысяч людей в большинстве регионов (не только в региональных центрах, но и малых городах) России вышли с антикоррупционными лозунгами. В большинстве регионов акция прошла мирно, но в Москве власти пошли на массовые задержания. Одновременно с антикоррупционными митингами в больших городах, на дорогах страны дальнобойщики вновь перешли в активную фазу борьбы с новой системой дорожных взносов "Платон". И, наконец, 29 апреля прошла акция "Надоел", призыв к которой исходил от движения "Открытая Россия", - при этом, наибольшую известность получила не сама акция , а предшествующее внесение американской и британской "Открытой России" в список "нежелательных организаций" и незаконный обыск в московском офисе движения, с изъятием техники и материалов.

В отличие от протестов 26 марта, акция "Надоел" была малочисленной и, по сути дела, провальной: отчасти из-за своей странной формы (челобитная царю?), отчасти из-за неудачной мобилизации участников (практически не было прямых и регулярных призывов выйти на акцию), и неумения  конвертировать репрессии против организации в медиаповоды и призывы выйти на акцию: нигде не говорилось, что внесение в список нежелательных и последующий обыск связан именно с предстоящей акцией. Также стало очевидным отсутствие внятных лидеров или хотя бы "говорящих голов" у "Открытой России", и если в Петербурге Андрей Пивоваров, в основном благодаря предыдущей активности, справляется с этой ролью, то в Москве, то есть на федеральном уровне, такого человека  нет.

На новую волну протеста власти отреагировали предсказуемо - массовыми арестами, задержаниями, обысками и другими способами ограничения гражданских прав. Вероятность возникновения нового дела, аналогичного по масштабам Болотному, "Дела 26 марта", очень велика. Очевидно, что власти по-прежнему очень боятся уличных протестов и не понимают, почему они случаются.

Преследования, суды и задержания

Против участников протестов были заведены как уголовные, так и административные дела. Число задержанных как и число возбужденных административных дел может сравниться только с первым днем протестов "за честные выборы" в 2011 году. Даже во время разгона демонстрации 6 мая 2012 года задержанных было в разы меньше.

По официальным данным Мосгорсуда, в Тверской суд за это время поступило 732 административных дела задержанных 26 марта на Тверской улице. Речь также идет о десятках дел в регионах. Известно о 89 административных делах в Санкт-Петербурге. К административному аресту от 2 до 25 суток в Москве на данный момент приговорено 64 человека.

Штрафы присуждены не менее чем 543 задержанным в Москве. Размер штрафа – 10 – 20 тыс. руб. По всем известным административным делам в Москве задержанные признаны виновными. Судебные разбирательства носили формальный, неправовой и обвинительный характер.

Судебные разбирательства носили формальный, неправовой и обвинительный характер

- Если раньше крутые косяки полиции не прокатывали хотя бы через раз, сейчас Тверской суд глотает просто все, - говорит общественный защитник Сергей Шаров-Делоне, работающий в Москве. - Проходит  и то, что человек может был задержан в 15:00 за нарушение на митинге, несогласованном с 16:00 до 19:00, и то, что в деле нет больше половины документов,  и то, что заседания проходят без  вызова свидетелей в суд.

Аналогичная ситуация складывается в других городах. Например в Самаре активиста осудили за участие в пикете, хотя он был задержан до его начала и находился в полиции во время его проведения.  Такие исключения, как с пенсионеркой из Архангельска, подтверждают общую тенденцию. Напомним - пенсионерку Марину Венчикову пытались привлечь к административной ответственности за опубликованную в одной из групп Вконтакте фотографию, на которой, по версии правоохранительных органов, она проводит несогласованный пикет: стоит в окружении граждан с плакатом "Путин — не Россия, Россия — это мы". В итоге Октябрьский районный суд города Архангельска постановил, что в действиях Венчиковой отсутствует состав административного правонарушения.

Билет в автозак. Фото CC-by-2.0: Евгений Исаев / Flickr. Некоторые права защищены.

Пока (в большинстве случаев) российские суды выносят обвинительные решения все же по реально задержанным (хотя и с многочисленными нарушениями) на публичных мероприятиях. Но в перспективе стоит рассматривать и возможность привлечения фото и видеозаписей для увеличения количества административных дел.

В целом текущая ситуация с административным преследованиями не сильно отличается от предыдущих акций с массовыми задержаниями. Приказа "мочить" не было, но и никто не должен "уйти ненаказанным". Нововведением являются штрафы для родителей несовершеннолетних участников антикоррупционных акций (Свердловская область, Хабаровский край), а также внесудебное давление (приход сотрудников ФСБ и МВД на занятия и домой, вызовы родителей в комиссии по делам несовершеннолетних и прокуратуру и т.д.) на несовершеннолетних и их родителей. Предыдущая практика по задержаниям несовершеннолетних на акциях практически отсутствует и мы наблюдаем становление нового репрессивного механизма.

Наряду с административными  делами, возбуждено немало дел уголовных. Дело о насилии в Москве (пять фигурантов) и Волгограде (применение насилие к представителю власти), а также попытка возбуждения такого дела в Петрозаводске. Эти дела характеризуются торопливостью и давлением со стороны правоохранителей на подозреваемых. Так 28-летнего актера Юрия Кулия задержали 4 апреля. По версии следствия, 26 марта на Пушкинской площади в Москве он схватил нацгвардейца за руку и тем самым причинил ему "физическую боль". По словам адвоката Липцера, сотрудник Нацгвардии не пострадал — у него не зафиксировано никаких повреждений. После задержания Кулий признал свою вину (что, по мнению адвоката было ошибкой). Его дело рассматривается в особом порядке — без изучения доказательств и допроса свидетелей. Как ожидается, Тверской районный суд Москвы вынесет приговор Кулию уже 12 мая.

Помимо официального административного и уголовного преследования организаторы и участники (а также их родители) протестов подвергаются многочисленным угрозам и диффамации

Также возбуждено дел по оправданию терроризма и подготовке массовых беспорядков (Москва), главным фигурантом которого выступает 25-летний преподаватель МФЮА Дмитрий Богатов.  Дело о разжигании религиозной розни  стало основанием для обысков у организаторов и участников акции в Иркутске, а дела о разжигании ненависти послужило основанием для обысков в ФБК (Москва). И если дела о насилии идут по уже отработанной в Болотном деле схеме, то дело Богатова по оправданию терроризма стоит особняком. И процесс "отягчения" статьи и сам арест до 8 июня может говорить о тенденции криминализовать анонимность в интернете тем или иным образом. Пока Богатов виноват только в том, что поддерживал узел системы Tor (что пока легально) через который и были опубликованы "оправдывающие терроризм и призывающие к массовым беспорядкам" материалы. По версии следствия, он разместил два сообщения на форуме SysAdmins.ru под псевдонимом "Айрат Баширов", в которых содержались призывы к радикальным действиям на акциях протеста 2 апреля в Москве — следствие расценивает их как приготовление к организации массовых беспорядков (часть 1 статьи 30, часть 1 статьи 212 УК) и призывы к терроризму (статья 205.2 УК).

К сожалению, помимо официального административного и уголовного преследования организаторы и участники (а также их родители) протестов подвергаются многочисленным угрозам и диффамации. Известно об увольнении участницы акции в  по Чебоксарах. В Красноярске преподаватель был уволен из-за показа студентам ролика "антиДимон".  Также официальные структуры ведут "разъяснительную работу" среди несовершеннолетних и директоров школ о "запрете участия в акциях протеста". Например, в Приморском крае власти рассылают циркуляры о необходимости директорам школ проводить беседы с учениками и запрещать им участвовать в митингах оппозиции.

Желтая уточка, как символ протестных митингов. Во время протестной акуии “АнтиДимон", в сети стали распространяться шутки по поводу дома утки из пруда премьера. Челябинск, 2017 г. Фото CC-by-SA-4.0: Daggets / Викисклад. Некоторые права защищены.

Не являются уникальными, но стали заметными из-за своей скандальности, задержания участников и организаторов днями и неделями позже после акций 26 марта. Самым известным стал сюжет с Вячеславом Мальцевым – с выламыванием двери, доставлением его в Москву и т.п. И это все для того чтобы арестовать его на 15 суток за неповиновение сотруднику полиции. Подобные ситуации случались так же в Мурманске, Чебоксарах, Орске, Саратове и Волгограде.

Все эти действия говорят о желании властей расширить "Дело 26 марта" как численно, так и регионально. Следует понимать, что обыски по любым доступным поводам используются для сбора материала, который будет позже использоваться для фабрикации дел.

Официальное ограничения права на свободу собраний

Акции 26 марта и теракт в Санкт-Петербурге были использованы властями некоторых регионов для ограничения права граждан собираться мирно и без оружия. Так в Воронеже антитеррористическая комиссия распорядилась "принять меры по ограничению проведения публичных и массовых мероприятий на территории городского округа город Воронеж". Власти Томска перенесли "гайд-парк" из центра в промышленную зону на северо-востоке города. Именно там 26 марта состоялся митинг против коррупции. Власти Самары исключили место проведения акции из списка гайд парков. Аналогично поступили власти Оренбурга.

При этом зафиксировано несколько случаев удачного обжалования запретов мероприятий 26 марта в регионах. Так, Псковский городской суд признал неправомерным запрет мероприятия 26 марта. Возможно предположить, что установка была на недопущение активности именно 26 марта, а дальнейшие действия были оставлены без "административного сопровождения".

Попытки ввести официальные ограничения на реализацию права на свободу собраний предпринимались на уровне регионов неоднократно. Де факто они существуют на Северном Кавказе, где практикуется разрешительная система проведения публичных мероприятий, в то время как в законе прописана уведомительная.  Согласно букве закона, организаторы должны уведомить власти о своем желании провести пикет. Власти,в свою очередь могут обоснованно рекомендовать изменить время и место проведения пикета - однако, формально у них нет полномочий разрешать или запрещать проведение подобных мероприятий.

Попытки ввести официальные ограничения на реализацию права на свободу собраний на уровне регионов предпринимались неоднократно

Использование ситуации сразу в нескольких регионах и отсутствие "одергивания" со стороны федерального центра может усугубить эту тенденцию. Определенным образом с этим коррелирует указ Путина (подписан 10 мая)  об особых мерах безопасности во время проведения Кубка конфедераций в 2017 году и чемпионата мира по футболу в 2018 году. Согласно этому указу в некоторых регионах на ограниченный период вводится жесткая разрешительная система проведения публичных мероприятий, требующая согласование с ФСБ. Данный президентский указ не уникален - аналогичное ограничение действовало во время проведения олимпиады в Сочи, но такого масштаба еще не было.

Вряд ли официальные правозащитные структуры в лице омбудсмана и Совета при президенте вмешаются соответствующим образом. Единственная надежда на региональных активистов, которые многократно уже успешно останавливали такие инициативы в регионах, в т.ч. через суды. Например в Воронеже были оспорены не менее трех попыток различных областных структур ограничить проведение публичных мероприятий. Правозащитники Наталья Звягина и Илья Сиволдаев неоднократно в судах разных инстанций отстаивали право воронежцев собираться мирно и без оружия.

Правозащитные трудности

Судебные заседания в первой инстанции продолжаются; представляется, что они будут идти до конца мая. Не стоит забывать, что протест в России криминализирован, т.е. наказание за административное правонарушение за участие в несанкционированных митингах близко к уголовному -  арест до 30 суток и штрафы до 300 000 тыс. руб. А неоднократные нарушения закона о митингах могут привести к возбуждению уголовного дела с возможность получить до 2 лет тюрьмы.

В подобной ситуации роль адвокатов и общественных защитников - людей обладающих соответствующими знаниями, но не имеющих адвокатского статуса - становится особенно важной. Административный кодекс России не соответствует современным принципам судопроизводства и не соответствует Европейской конвенции по правам человека особенно в части права на защиту. Например, в нем нет обязанности вести протокол судебного заседания. Наличие адвоката и защитника позволяет резко снизить (но не окончательно избежать) уровень произвола в административных делах. Помимо прочего, специфика дел о публичных мероприятиях подразумевает, что адвокаты и защитники должны обладать соответствующими знаниями. Помимо прочего, необходимо знать уже сложившуюся практику злоупотреблений со стороны властей и правоохранителей. Для повышения эффективности защиты, присутствие  адвоката необходимо  с момента задержания.

Обилие административных дел практически исчерпали возможности московских НКО и общественных защитников

Обилие административных дел практически исчерпали возможности московских НКО и общественных защитников - представьте, что у вас 1000 задержанных, а адвокатов всего 20. При этом, из-за массива административных дел информация об уголовных делах не была вовремя отработана и введение в некоторые из них правозащитных адвокатов очевидно запоздало. Основной проблемой всего этого комплекса уголовных дел стало практически полное отсутствие в них правозащитных адвокатов и, наоборот, внятное присутствие "адвокатов по назначению", которые выступают на стороне следствия.

Крик несогласных. Фото CC-by-2.0: Илья Щуров / Flickr. Некоторые права защищены.

В этой ситуации основную роль начинает играть координация и обмен информацией: где и сколько задержанных, что им вменяют, нужен ли им адвокат, и если да - то на каком этапе ему нужно включиться в работу. Очевидно, что участие в защите задержанных на акциях дело сугубо добровольное (а также ресурсозатратное), но хочется отметить вклад "Руси сидящей", "Открытой России" и ОВД-инфо, которые в момент задержаний 26 марта выполняли именно такую информационную и  координационную работу - в отличие от ФБК. Обыски и задержание сотрудников ФБК, безусловно, явились существенным препятствием к участию Фонда в правозащитной деятельности. И тем не менее, основная проблема заключается в том, что организация Навального была не готова к такой объемной работе.

Правозащитница и журналистка Ольга Романова говорит: "практически каждый день с 26 марта в Тверском суде Москвы работают защитники - в том числе от "Руси Сидящей". Они работают бесплатно (для задержанных бесплатно, нам вся эта история в ту еще копеечку обходится). Работают под эгидой ОВД-Инфо, "Мемориала", "Общественного вердикта" и "Руси Сидящей"  со штабом в ОВД-Инфо". Романова упоминает о 37 адвокатах и общественных защитниках, работающих по делам 26 марта в Москве.

Не стало сюрпризом, что в отношении задержанных суды ведут себя предвзято и их практика весьма далека от равноправного и справедливого судебного разбирательства. Адвокат Алексей Аванесян (Москва) свидетельствовал, что к делам не приобщаются видеозаписи и документы со стороны защиты, протоколы задержания и объяснения сотрудников написаны "под копирку", иногда с одинаковыми ошибками.

В чем же заключается высокий уровень правовой поддержки задержанных во время акции "Надоел" со стороны соответствующих инициатив "Открытой России"? Во-первых, это наличие собственной правозащитной программы и юристов, уже готовых работать по кейсам. И, во-вторых,небольшое количество задержанных, связанное, в первую очередь, с низким числом участников акции. Хотя число нарушений со стороны властей было вполне заметным,  к счастью, обошлось без уголовных дел, максимально – 10 суток административного ареста.

Организации, стоящие за мобилизацией массовых протестов, должны заранее готовиться к многочисленным задержаниям

Очевидно, что организации, стоящие за мобилизацией массовых протестов, должны заранее готовиться к многочисленным задержаниям (если акции не согласуют или даже запрещают). Организаторы акции должны на себя брать основную переговорную роль с правозащитными и другими структурами, которые выражают готовность осуществлять защиту участников и наблюдение за проведением публичного мероприятия.

Надоел, на Невском Проспекте. Фото CC: PaperPaper / VK.com. Некоторые права защищены.

Отдельная проблема состоит в оплате труда адвокатов: им должен платить либо доверитель, либо сторонняя организация. Если исходить из стандартных расценок услуг адвокатов, то вероятно только каждый десятый участник протестов может это себе позволить. Текущая практика такова, что задержанных представляют в основном адвокаты, труд которых оплачивают правозащитные организации. Согласных работать по такой схеме адвокатов немного, да и ресурсы правозащитников  весьма ограничены.

Актуальный совет – всем участникам, а уж организаторам тем более, нужно озаботиться юридической поддержкой. Также всем стоит помнить, что неоднократное нарушение закона о мирных собраниях может привести к возбуждению против вас уголовного дела. Ильдар Дадин на свободе, но это не значит, что его место не может занять кто-то еще, например, один из 1500 задержанных на акциях 26 марта в разных городах России. Власти уже оштрафовали Марию Баронову как организатора акции "Надоел".

Что впереди

Роль организаторов акции вновь становится значимой. Непосредственное участие Алексея Навального в своей собственной акции, как и полученные 15 суток ареста, безусловно, работают на его репутацию. В ситуации, когда масс-медиа намеренно не говорят об акциях, распространение информации об организации и течении протеста  становится очень важным. Это практически возврат во времена инициативы indymedia. Именно поэтому пришли с обыском в ФБК - для того, чтобы прервать прямую трансляцию, а заодно найти материалы для возбуждения новых дел.

Удар по "Открытой России" был упреждающим. Каковы будут последствия внесения американской и британской "Открыток" в список "нежелательных" организаций, пока не ясно. Но и иллюзий насчет заявления прокуратуры "что это не отразится на деятельности российского движения" питать не стоит. Если внимательно изучить репрессивную часть закона о "нежелательных организациях", то станет понятно, что преследования будут индивидуальными.

Будут ли еще уличные протесты в России? Будут, и очевидно, что московский митинг против реновации 14 мая  - не последний масштабный протест. Это по-прежнему одно из последних политических прав граждан, последний оставшийся способ  задать  вопросы власти - иным образом власть не желает их слышать. Будут ли репрессии против участников и организаторов? Будут, так как  власти не знают иного ответа, да и не хотят знать.

About the author

Алексей Козлов - основатель и редактор портала Article20, соавтор методики мониторинга и докладов по ситуации с правом на свободу собраний и свободу ассоциаций в Россиийской Федерации. В 2013 году был вынужден уехать из России. С 2015 года - координатор программы «Современная политическая эмиграция из России».


We encourage anyone to comment, please consult the
oD commenting guidelines if you have any questions.