Print Friendly and PDF
only search openDemocracy.net

Махачкала: как горожане стали гражданами

В столице Дагестана, горожане вышли на улицы в защиту парка от строительства нового патриотического музея. Как им это удалось? English

Пост Рамазана Абдулатипова о строительстве парка-музея «Россия – моя история». Источник: Instagram

7 февраля на страничке главы республики Дагестан в соцсетях появилась свежая публикация. Новость касалась строительства исторического парка-музея «Россия – моя история». «После широкого общественного обсуждения, которое состоялось по такому поводу впервые, мною принято решение выделить для строительства участок по проспекту Имама Шамиля. Московские разработчики проекта одобрили этот участок как наиболее отвечающий правилам строительства исторического парка» - писал Рамазан Абдулатипов. И те, кто последние пару недель жил в диком напряжении, облегченно вздохнули и стали звонить и поздравлять друг друга.

В публикации главы республики смущал лишь один абзац: «Некоторые решили пропиариться за счёт этого проекта, нагнетая обстановку и дезинформируя людей, говорили, что исторический музей будет строиться на территории парка Ленинского Комсомола».
Что означало: министры и пресс-служба главы Дагестана не в своем уме, а битвы горожан с властью не было вообще.

Музей высокой пожароопасности

Махачкала – это город варварской, бешеной застройки. Горожане привыкли к неконтролируемому хаотичному градостроительству, в ходе которого что-то сносится и вырубается. Строящийся на территории сквера детский развлекательный комплекс на каком-то этапе перерождается в трехэтажный ресторан, а зеленая зона уменьшается с каждым годом. В том числе и за счет возведения «культурных объектов».

CC BY 2.0 Ун Болшаков / Flickr. Некоторые права защищены.В середине июня 2016 года республиканскими СМИ была опубликована информация о том, что в Махачкале планируют открыть парк-музей «Россия – моя история», где будут представлены медиаинсталяции, панорамные кинотеатры и проекционные экраны, призванные укреплять исторические знания и насаждать патриотизм. Сообщалось также, что под парк-музей отведут изрядную часть территории парка имени Ленинского комсомола - старейшего, а по факту и вообще единственного парка Махачкалы. То, что к проекту подключаются еще 9 регионов и осуществляется он под патронатом президента России Владимира Путина и благодаря поддержке главы Дагестана Рамазана Абдулатипова, означало, что решение пересмотру не подлежит. В дагестанском сегменте соцсетей поохали, поругали власть и отвлеклись на другие раздражители.

И очень немногие заинтересовались: а что, собственно, представляет собой оператор музея - Фонд гуманитарных проектов?

Рюриковы дети

Еще в ноябре 2016 года глава администрации Махачкалы Муса Мусаев передал участок парка в аренду на 49 лет некоммерческому фонду «Россия – моя история. Город Махачкала». Учредителем фонда, помимо родного когда-то для Мусаева министерства строительства Дагестана, значится Фонд гуманитарных проектов из Москвы.

На официальном сайте указано, что Фонд реализовал четыре проекта, три из которых посвящены Рюриковичам и Романовым, четвертый – истории России с древнейших времен и до наших дней. Фонд также выпустил два мобильных приложения, которые, как и следовало ожидать, называются «Рюриковичи» и «Романовы». Но главным активом фонда является тот факт, что его экспозицию «Россия - моя история. 1945-2016» в Манеже 4 ноября прошлого года посетил Владимир Владимирович Путин. Который и предложил создавать филиалы музея в регионах. Координация работы поручена управлению общественных проектов Администрации Президента, где заместителем, отвечающим за «укрепления единства многонационального народа Российской Федерации», значится бывший президент Дагестана Магомедсалам Магомедов.

Выставка "Россия - моя история" на ВДНХ. (с) Максим Блинов / РИА Новости. Все права защищены.В партнерах Фонда числится Администрация Президента РФ, Московская патриархия, министерство культуры РФ и Правительство Москвы. Идея создания проекта принадлежит духовнику Владимира Путина архимандриту Тихону (Шевкунову), который в Патриархии отвечает за культуру, а в самом Фонде возглавляет экспертный совет.

В отношении Дагестана типовой вариант музея предполагалось дополнить «дагестанским блоком». Его разработка поручена команде специалистов. Имена их не называются; что будет включено в экспозицию тоже не известно. Но недавняя история с мемориалом «Ахульго», позволяет сделать некоторые предположения.

«Восстановление исторических зданий и памятников архитектуры послужит делу примирения и согласия больше, чем мемориал или развлекательный парк-музей»

Напомним, что в январе 2017 года в Унцукульском районе Дагестана состоялось открытие мемориального комплекса «Ахульго». Он возведен в память об одном из самых драматических событий Кавказской войны – битве за укрепление Ахульго. На открытии комплекса Рамазан Абдулатипов произнес речь, смысл которой сводился к тому, что кровь, пролитая русскими солдатами и горцами, освятила «историческое единство, братство народов России». Однако, и сама идея, и ее реализация вызвали ряд серьезных претензий.

«Победа русских войск в Ахульго это только первый этап кровопролитной войны. Впереди пик могущества Шамиля в 1840-е гг., его победы и, соответственно, крупные поражения русских войск, – говорит историк, старший научный сотрудник Центра проблем Кавказа и региональной безопасности МГИМО Вадим Муханов, - Восстановление исторических зданий и памятников архитектуры послужит делу примирения и согласия больше, чем мемориал или развлекательный парк-музей. Шаги местной администрации, нацеленные на личный пиар, могут привести к новому обострению конфликта».

Мемориальный комплекс "Ахульго" открылся 20-го января. Источник: Муниципальное образование "Сельсовет Унцукульский". Если сам мемориальный комплекс и копия панорамы Франца Рубо «Штурм аула Ахульго» нареканий не вызывали, то галерея, где среди прочих портретов есть и портрет Владимира Путина верхом на белом коне, была воспринята многими дагестанцами как попытка угодить Кремлю. И то, что это подавалось как увековечивание памяти об имаме Шамиле, превращало стратегический промах чуть ли ни в оскорбление.

Есть основания предполагать, что все промахи «Ахульго» повторились бы в дагестанском блоке парка-музея «Россия – моя история». Ведь предложенная россиянам история уже с подвохом.

Кандидат исторических наук, научный сотрудник института Востоковедения Патимат Тахнаева задается вопросом «Кто авторы этого «учебника истории России»? Сама идея отбрасывает нас в средневековье, когда Библию изображали на стенах храмов, для неграмотных. Но там был священный текст, отойти от сюжета невозможно. А тут декоративная история, призванная вызывать у посетителей патриотическую преданность славному прошлому и чувство собственной причастности к великой «исторической России». Основной лейтмотив - тысячелетняя традиция российского государства незыблема благодаря православной вере. А власть, поддерживаемая ею, священна и неприкосновенна. Тут можно говорить о специфической подаче исторического знания, манипулировании сознанием. Но не об истории как науке».

О Вейнерах и о себе

Вряд ли махачкалинцы вдавались во все тонкости и понимали, что за музей им предлагается.

Скорее всего, сначала мало кто задумывался о том, что именно они могут потерять вместе с парком. Но потом пришло осознание: парк - это не только деревья или место где можно погулять с ребенком, но и часть общегородской исторической памяти.

Одним из толчков, запустивших этот процесс, явилось опубликованное 20-го января в республиканском еженедельнике «Черновик» обращение. Все желающие приглашались к 14 часам 29 января в Парк Ленинского комсомола на туристическую прогулку. «Приходите с детьми и родителями, берите с собой друзей и подруг. Мы хотим, чтобы вы – ваше поколение – запомнили этот парк таким, какой он сейчас: большой и красивый, с высокими деревьями. И, возможно, попрощались с ним…». И люди пришли. С детьми. Некоторые с внуками. Пришли и полицейские: видимо полагали, что прогулка перерастет в антиправительственный митинг.

lead 3 февраля: пикетирование места, где собирались заложить капсулу под закладку будущего музея. (с) Патимат Махмудова.Экскурсовод Яна Мартиросова рассказывает: «Я догадывалась, что будет полиция, но не представляла, что ее будет столько. Никогда не водила экскурсии под конвоем. Но потом я расслабилась, главное люди пришли. Значит, парк им нужен. Я рассказывала про братьев Аркадия и Николая, которые в 1909 году прибыли в Петровск (так раньше называлась Махачкала)  продолжать дело отца, пивовара Петра Вейнера. Место, выделенное им городскими властями было заболоченным, бич Петровска – малярия - косила людей. И они для осушения почвы высадили тут сад, который звался Вейнеровским или Вейнерским, а потом стал парком Нефтяников, затем имени Ленинского комсомола. Уже после экскурсии люди стали громко возмущаться предстоящей вырубкой и вот тогда был риск, что нас разгонять начнут. Но нам с журналистами «Черновика» удалось разрядить обстановку».

Наступление на парк началось не сегодня. Оно шло постепенно. Еще с советских времен от территории парка отсекались куски для возведения на них идеологически важных объектов - памятник Воину-освободителю, музей боевой славы и аллея славы. По злой иронии, эти объекты должны были содействовать достижению той же цели, что озвучивалась и проектом «Россия – моя история». А именно, «захватить умы молодежи для того, чтобы развивать патриотическое воспитание и привлекать к изучению истории». 

Сила протеста видимо объясняется не только тем, что кто-то посягнул на парк, но и тем, как это было сделано

Виктор Афанасьевич Чигирик, архитектор и дотошный краевед много раз писал о том, что парк имени Ленинского комсомола может погибнуть. По его словам, вырубка части деревьев под мемориал Воину-Освободителю уже нанесла всей сложной парковой экосистеме ощутимый удар. О том же в своих воспоминаниях о старой Махачкале говорит и журналист Андрей Меламедов: «Убийство парка началось, когда бездумно, варварски вырубили деревья и поставили памятник Воину-освободителю. Нарушили равновесие. Рассказывают, что в свое время Вейнеры наняли архитектора и тот скопировал наш парк чуть ли ни с Версальского. По парку ручьи текли, речушки, над ними висели мостики».

Автор с активистами после эфира на "Эко Москвы. Махачкала". (с) Расул Кадиев.Многие махачкалинцы старшего возраста помнят, каким был Вейнерский парк, рассказывают, что это был совсем другой мир, трава всюду, деревья, и там ходили фазаны, водились зайцы.

Того сада с фонтанами, травой и скачущими в ней зайцами давно уже нет. И сила протеста видимо объясняется не только тем, что кто-то посягнул на парк, но и тем, как это было сделано. Если предыдущие застройщики подбирались к парку с боков и тыла, то эти пришли с бесцеремонностью единственных хозяев и выбраны были не задворки, а место ухоженное и «центровое», прямо у главного входа в парк.

«Люди нашего царя» против #ПаркНаш

Одним из тех, кто пришел на прощальную прогулку был Арсен Магомедов, руководитель юридической фирмы «Магомедов и партнеры».

«Я встретил там многих знакомых, что удивительно – из совершенно разных миров. С другими познакомился в редакции «Черновика», куда мы отправились, чтобы обсудить ситуацию. Там мы из кучки малознакомых людей превратились в инициативную группу. Обменялись телефонами, создали группу в Ватсапе и договорились о дальнейших действиях. Дальше была работа с документами, обнаружилось, что все происходило с массой нарушений, не было открытых общественных слушаний, не проводились торги, участок был просто отдан в аренду Дагестанскому фонду «Россия – моя история» по распоряжению главы республики.  Мы создали петицию с обращением к Путину на сайте Change.org, подали жалобу в прокуратуру и направили в суд иск, где требуем признать эту передачу незаконной».

Пикетирование жильцами соседних домов и активистами места предполагаемой закладки капсулы. (с) Патимат Махмудова.После «Прощальной прогулки» события развивались стремительно и в нескольких направлениях одновременно. Инициативная группа начала патрулирование места, отведенного под застройку. К ним присоединились и жильцы примыкающих к парку домов. Дежурили даже ночью. Из офиса напротив приглядывал за парком Магомед Гаджиев, и если в группе в Ватсапе появлялось сообщение «Роют!», оно моментально разлеталось по соцсетям, люди срывались и мчали к парку.

И вот тут произошло то удивительное, что, наверное, должно войти в городские хроники. На какое-то время все конфессиональные, национальные, территориальные, политические и прочие разногласия были забыты. На защиту участка земли площадью в 1,05 га и 65-ти обреченных на сруб деревьев встали суфисты и салафиты, либералы и сталинисты, коренные горожане и понаехавшие. Корреспондент одного из государственных изданий сказал «У меня задание написать суперпозитивный материал, - и продолжил, - Но я не стану».

И вот тут произошло то удивительное, что, наверное, должно войти в городские хроники. На какое-то время все конфессиональные, национальные, территориальные, политические и прочие разногласия были забыты

Такая активность и усиливающееся возмущение не могли остаться незамеченными. Появились и первые публикации, где упоминались события в Турции, площадь Таксим и парк Гази. На сайте мэрии Махачкалы появилась информация о проекте, где впервые было открыто озвучено и то, что земельный участок выделен по распоряжению Главы Дагестана, и сумма в 140 млн., которая уйдет из бюджета на строительство комплекса. А через день той же мэрией были проведены публичные слушания и разлетевшееся по соцсетям видео с выступлением депутата районного собрания Загры Магомедовой, доказало, что и в стройных рядах чиновников есть люди, способные пойти наперекор прямому приказу сверху.

Речь Загры Магомедовы.

С этого момента все мероприятия, которые обычно проходили гладко, были фактически провалены. Пресс-конференция в РИА Дагестан, где проходила встреча журналистов государственных СМИ с Махти Рамазановым и главным архитектором Махачкалы Магомедрасулом Гитиновым, транслировалась в соцсети Жемилат Ибрагимовой. И в народ ушла крылатая фраза господина Гитинова, что лично ему достаточно деревьев во дворе его собственного дома. Свой голос в защиту парка подняли и работники госизданий, заявив, что доводы должны быть очень вескими, иначе простая порядочность не позволит журналистам убеждать читателя в необходимости вырубки парка.

Это оказалось полной неожиданностью для представителей власти. И для активистов. Вроде бы на их стороне много народа, но как этим распорядиться не ясно. Заявка на проведение митинга была отклонена по причине «вероятности совершения диверсий и терактов». Далее следовали рекомендации выбрать для митинга дни в середине марта. Это тоже ушло в народ и породило шуточки, что теракты и диверсии так же заверяются в минюсте.

Переломным можно считать день, на который была запланирована торжественная закладка капсулы на месте будущей стройки. В парке в ожидании приезда Абдулатипова, дружно мерзли жители соседних домов с активистами и работники государственных телекомпаний, присланные для освещения знаменательного события. Только зеленые ленточки, повязанные на рукавах защитников парка, позволяли понять, кто какую сторону представляет. Скоро стало понятно, что мероприятие отменили. На месте несостоявшейся закладки остался снеговик с ручками-веточками и зеленой ленточкой на «туловище».

Тот самый снеговик. Источник: Facebook.В субботу, 4 февраля активисты разделились. Часть осталась охранять парк, часть отправилась в ректорат ДГУ, где ожидалась встреча с Махти Рамазановым. Даже вмешательство модератора встречи, начальника управления администрации президента РД Зубайру Зубайруева, господина Рамазанова не защитило. Ему задавали вопросы и о коммуникациях, которые не рассчитаны на появление в этом месте такого значительного строения, и о парковках. Член Общественной палаты Шамиль Хадулаев напомнил, что в городе всего 6% зеленой зоны, в то время как должно быть 40%. «Как можно вырубить парк, приглашать студентов на закладку капсулы в парке, а потом учить их, что деревья рубить нельзя?» - спрашивал Хадулаев.

Кандидат исторических наук Зураб Гаджиев называл цифры: деньги, которые выделяются дагестанским музеям, количество музеев, что закрываются в районах из-за недостатка финансирования, и в которые можно было бы вложить те самые 140 миллионов. Тех, кто высказывался против музея вне зависимости от его расположения, было всего двое. Подавляющее большинство просило найти для него другое место.

Что в эти дни происходило в высоких кабинетах, можно только предполагать. Против строительства музея в парке выступали не только простые горожане, но чиновники

Господин Рамазанов отбивался: «Москва выбрала это место! Если бы мы не согласились на парк, музей забрала бы Чечня!». Из зала ответили «Ну так пусть и берет!». Люди кричали с мест, говорили, что в городе нечем дышать и парк - единственное место, где можно погулять с детьми, напоминали, что парк это тоже история. И получили ответ: «Вейнеры были пивоварами и споили наш народ».

Насколько мы едины?

Обсуждение транслировалось в соцсети в режиме реального времени. Махачкалинцы смотрели его, как боксерский поединок, оставляя комментарии «Да что он несет!», «Шамиль, дожми его!», «Парк Наш!» По соцсетям прокатилась волна флэшмобов. Люди выкладывали свои фотографии под хэштэгами #ПилитеВдругомместе и #ПаркНаш. Подключились даже бывшие махачкалинцы, живущие в других странах. 

Что в эти дни происходило в высоких кабинетах, можно только предполагать. Против строительства музея в парке выступали не только простые горожане, но чиновники. В защиту парка высказались глава и зам. председателя Общественной палаты РД  Гамзат Гамзатов и Алюсет Азизханов. Но все это было широкой публике не известно. Представители министерств, к которым обращались за комментариями, предпочитали отмалчиваться.

Арслан Сайпуллаев замминистра природных ресурсов и экологии РД ответил нашему корреспонденту: «Мы реагируем, когда дерево сломано. Хоть одну ветку в парке сломали? Нет. Вот, когда сломают, мы среагируем. А за информационными потоками (имелось в виду официальное заявление главы РД о передаче прав на земельный участок Фонду «Россия – моя история. Город Махачкала») наше министерство не следит. Следит только за деревьями».

Ситуация с парком оставалась непонятной и 7 февраля активисты снова встретились на месте предполагаемой застройки. Туда и пришел человек, принесший добрую весть: планы руководства переменились и для строительства выбрано другое место – по проспекту Шамиля, рядом с Джума-мечетью.

Одна маленькая победа никого не обманула. Да, в новейшей истории Дагестана такого еще не было, но было бы смешно говорить, что демократия пришла в республику

Ликования не было. Люди настолько устали, что просто выдохнули и разошлись по делам. Не было и доверия: казалось, что это ход для усыпления бдительности и бульдозеры стоят за углом. Ощущения победы тоже не было, хотя на Фейсбуке, в группе «Гражданское Общество Калининградской области» пользователь Олег Воробьев разместил перепост публикации махачкалинских активистов. Олег писал: «Это не про Калининградскую область и не про Светлогорск с Балтийском, но тоже про граждан, которые защищают свой город от варваров. Не забываем, что "пока мы едины - мы непобедимы"».

Министр культуры РД  Зарема Бутаева историю с парком прокомментировала так: «Не знаю, как правильно ответить. В данном случае для меня результат важен. Важно, что люди оказались услышанными, что парк не тронут, что музею быть».

Одна маленькая победа никого не обманула. Да, в новейшей истории Дагестана такого еще не было, но было бы смешно говорить, что демократия пришла в республику. И вечером 7 февраля несколько активистов встретились и решили, что распускать такую команду неразумно.

«Еще нужно добиться, чтоб с отвоеванного участка сняли кадастровый номер. Да и проблемы парком не ограничиваются, - говорит юрист Магомед Гаджиев, - Надо иметь мобильную группу, которая может мгновенно объединить свои силы. Дагестанская общественная организация «Диалог» предлагает всем неравнодушным приходить по адресу Гаджиева 76. Надо будет указать, в какой области вы специалист – строитель, эколог или юрист, чтобы в случае необходимости мы могли к вам обратиться». 

А необходимость есть. Одна из последних новостей в области строительства и культуры это новость о старте проекта «Дагестан в миниатюре», который уже получил поддержку Рамазана Абдулатипова. Как сообщает РИА Дагестан, «это будет макет Дагестана, где представлены уменьшенные копии памятников архитектуры со всей республики, цитадель Нарын-Кала, мемориал «Ахульго», Джума-мечеть, Махачкалинский маяк, «Крепость семи братьев и сестры», Араканская крепость, Свято-Успенский кафедральный собор, Ицаринская башня, и т.д. Основная задумка – представить историю Дагестана от древнейших времен до наших дней».

Опять История, опять Музей и опять Парк, ведь «Дагестан в миниатюре» планируют разместить на территории парка «Ак-Гель», совсем молодого и единственного парка в Редукторном поселке Махачкалы.

 

About the author

Светлана Анохина родилась в Махачкале. С 1999 года в журналистике, работала в еженедельниках "Новое дело", "Черновик", ""МК" в Дагестане", "Свободная республика". "Настоящее время". Сейчас шеф-редактор портала "Даптар. Женское пространство Кавказа". Лауреат премии Золотой орел СЖ РД и Госпремии РД, автор проекта "Был такой Город", автор книг "Был такой Город. Махачкала" и "Был такой Город. Дербент". Лауреат премии Гражданская инициатива в номинации Духовное наследие.


We encourage anyone to comment, please consult the
oD commenting guidelines if you have any questions.