В Ростове-на-Дону 18 февраля прошел суд над Анастасией Шевченко – активисткой движения "Открытая Россия", признанного в 2017 году "нежелательной организацией". Приговор: четыре года заключения условно. За время следствия Шевченко, находившаяся на домашнем аресте, подверглась тотальной слежке со стороны Управления по борьбе с экстремизмом "Э" (Центра "Э") и потеряла дочь-инвалида. Ее история – возможно, самая чудовищная в истории ростовских политических дел – но далеко не единственная. И сегодня таких историй становится все больше: в регионе развязан политический террор против лидеров оппозиции. Главные исполнители – сотрудники Центра "Э". Если раньше они запугивали и препятствовали проведению мероприятий, то сегодня выполняют план по тотальной зачистке политического поля.
План по фабрикации дел
Сестры-близнецы Ирина и Ольга Зенины давно находятся под наблюдением Центра "Э". Они – ключевые фигуры ростовской оппозиции. В 2000-х сестры организовывали митинги в поддержку Бориса Немцова, встречали его, когда он приезжал в Ростов-на-Дону. Каждый год в день убийства политика 27 февраля они проводят пикеты. В этом году митинга не будет. "После всех событий власти не выдали разрешение, – говорит Ольга. – Власть пошла ва-банк – задавить всякий протест". По информации Зениной, из Москвы в регионы был передан план – возбудить уголовные дела по нескольким направлениям.
Первое знаковое дело, которое было сфабриковано ростовским Центром "Э" для выполнения этого плана – "дело ростовских мальчишек". Так ростовские активисты назвали дело Влада Мордасова и Яна Сидорова, которые вышли с плакатами в поддержку жителей, потерявших в пожаре 21 августа 2017 года свое жилье.
