Print Friendly and PDF
only search openDemocracy.net

Меркель победила. Демократические партии проиграли

Худшие результаты для двух главных политических партий и появление в в немецком парламенте крайне правых - новая политическая реальность после выборов в Бундестаг.

(c) Shan Yuqi/Xinhua News Agency/PA Images. Все права защищены.В Германии прошли выборы, и результаты этих выборов уже объявлены ужасными. Христианские демократы и социал-демократы получили рекордно низкое число голосов (33% и 20,5%), а "Альтернатива для Германии" набрала около 13%, так что впервые с 1945 года в парламенте Германии будет представлена ультраправая партия. Христианские демократы при этом остаются самой сильной партией, а Ангела Меркель – канцлером. Лидер социал-демократов Мартин Шульц сразу же объявил, что его партия не будет продолжать "большую коалицию" и уходит в оппозицию. Так что единственная возможная коалиция – это так называемая "Ямайка": ХДС/ХСС ("Черные"), СвПГ ("Желтые") и Зеленые, которым теперь предстоит договориться между собой.

Это очень интересный момент, потому что при всех существенных и принципиальных разногласиях между этими партиями, у абсолютного большинства их избирателей есть общий интерес: они хотели бы видеть канцлером Ангелу Меркель.

Ангелу Меркель много критиковали с разных сторон за ее предполагаемые "самоуправство" и недемократичность: она часто принимала решения, идущие вразрез с партийной линией. Последним таким случаем было голосование за "брак для всех": за это решение проголосовало большинство депутатов Бундестага, как только Меркель призвала голосовать без оглядки на партийную дисциплину. "За" проголосовала  в том числе значительная, хоть и меньшая часть депутатов от ХДС/ХСС.

Ультраправая повестка, по сути, и есть главный результат парламентских выборов 2017 года

В Германии Ангелу Меркель называют "мамочка" - это прозвище, которое кто-то произносит с отвращением, а кто-то с фамильярной теплотой, очень точно отражает ее общественную роль. Она ведет себя не как связанный партийными рамками канцлер, а как представляющий всю страну и стоящий над партиями президент. Это хорошо с точки зрения оперативности принятия решений, но разрушительно для устоявшейся политической структуры с двумя "народными" и несколькими "малыми" партиями.

Политическая система Германии создавалась при участии западных стран-победительниц с расчетом на максимальную прочность и стабильность как надежная защита от политических потрясений: главное – не допустить повторения диктатуры. Это очень удобное устройство для богатой провинциальной страны, которая занята прежде всего решением своих собственных проблем и не претендует на первые роли в мировой политике. Но оно совершенно не подходит для современной Германии, которая стала и лидером Евросоюза, и чуть ли не лидером свободного мира (хотя и политики, и избиратели активно сопротивляются этой роли), и – что самое главное – вынуждена сама, без посторонней помощи отвечать на глобальные вызовы. Например, на кризис с беженцами, который разразился в 2015 году. Уже тогда было очевидно, что вопросы, которые надо решать в связи с этим кризисом, намного сложнее, чем просто решение открыть или закрыть границы. Похожие ситуации, когда нужно было действовать быстро и решительно, возникали во время мирового финансового кризиса 2008 года, кризиса еврозоны, в связи с российской агрессией против Украины и т.д.

Рекордно низкий результат ХДС не дает оснований говорить ни о кризисе демократии, ни о кризисе самой партии

Если сравнить результаты партий с показателями личной популярности кандидатов в канцлеры, то станет очевидно: Шульца хотели бы видеть канцлером приблизительно столько избирателей, сколько проголосовали за социал-демократов, а поддержка Ангелы Меркель близка к совокупному результату "Ямайки". Вывод из этого очень простой – избиратели высказались за продолжение канцлерства Меркель, но за корректировку курса.

Рекордно низкий результат ХДС тем не менее не дает оснований говорить ни о кризисе демократии, ни о кризисе самой партии. Для смены курса христианским демократам нужен новый коалиционный партнер. 1.620.000 избирателей, голосовавших четыре года назад за ХДС, проголосовали в этот раз за либералов (СвДП): часть из них просто вернулась к своей традиционной партии, которую они не поддержали на прошлых выборах, а часть голосовала тактически за возвращение СвДП в Бундестаг и коалицию с ХДС в качестве старшего партнера. Столько же не пришли на участки. Миллион, или 6% бывших избирателей ХДС проголосовали за ультраправую АдГ. Это много, но все же недостаточно для того, чтобы говорить о массовом бегстве консервативного электората к ультраправым.

Самая тяжелая ситуация сложилась у баварской региональной партии Христианско-Социальный союз. Эта партия всегда была намного консервативнее своей "сестры" ХДС, а на этих выборах решила не дать АдГ обойти себя справа и почти не отличалась от ультраправых по лозунгам и стилистике. Одним из главных лозунгов АдГ в Баварии был "Мы выполним то, что обещает ХСС". В результате партия потеряла 10.5%, а из списка партии в Бундестаг не войдет ни один кандидат. Войдут только те, кто были избраны напрямую.  

Этот результат – сильный удар по тезису, что консерваторы "полевели" и уступили поле ультраправым. В реальности получилось, что они помогли ультраправым агитацией за их повестку.

(c) Stefan Sauer/DPA/PA Images. Все права защищены.Ультраправая повестка, по сути, и есть главный результат парламентских выборов 2017 года. 94 депутата от АдГ, которые прошли в Бундестаг, едва ли смогут повлиять на какие-то решения или провести какую-нибудь инициативу, но они будут сильно влиять на повестку. Это влияние уже было сильно заметно во время предвыборной кампании. Очень ярко это проявилось во время теледебатов между кандидатами в канцлеры Ангелой Меркель и Мартином Шульцем – журналисты спрашивали их по большей части о миграции, терроре и вопросах безопасности. Ни христианские демократы, ни социал-демократы, ни другие демократические партии не считают эти вопросы самыми насущными для страны, зато так считает АдГ.

Теперь, с фракцией в Бундестаге, ультраправым будет гораздо легче убеждать граждан Германии в том, что они живут в стране, одной ногой уже шагнувшей в пропасть и уже завтра готовой превратиться одновременно в содом и халифат. Еще одно последствие вхождения в Бундестаг – ультраправые смогут создать на средства бюджета свой околопартийный фонд, какие есть у всех парламентских партий. Это значит, что в Германии появится "мозговой центр", пропагандирующий за деньги налогоплательщиков идеи Дугина, достижения вермахта, разнообразные теории заговора, реваншизм, кровь и почву, духовные скрепы и прочие прелести, которые составляют интеллектуальный багаж АдГ.

Малозаметный в национальном масштабе, но существенный для выходцев из бывшего СССР факт – в Бундестаг вошли два кандидата от АдГ из советских немцев: 55-летний христианский фундаменталист Вальдемар Гердт из Нижней Саксонии и 32-летний Антон Фризен из Тюрингии. Оба прошли по спискам от земель, где число выходцев из СССР не особенно велико, и они никак не повлияли на общий результат. Но судить о "русскоязычной диаспоре", возможно, будут именно по ним. Как именно голосовали бывшие граждане СССР, пока еще не ясно – они не составляют отдельной категории избирателей, которую учитывает электоральная статистика. По оценкам исследователей, симпатии к АдГ испытывают 15-20% переехавших в Германию из СССР этнических немцев. Это не сильно отличается от средних цифр в бывшей ГДР – там в общей сложности за АдГ проголосовали 23% избирателей, а в Саксонии она даже получила максимальное число голосов.

Высокий результат ультраправых на этих выборах была ожидаем, он вполне соответствует цифрам опросов. На востоке Германии АдГ получила в два раза больше голосов, чем на западе. В сочетании с голосами, поданными за популистскую "Левую" партию, на территории бывшей ГДР за антидемократические силы проголосовали больше 40% избирателей.

Несмотря на скромный результат ХДС, лично Ангела Меркель получила поддержку избирателей и мандат на формирование правительства и руководство страной. Возможно, ее личная позиция стала даже сильнее, поскольку за ней стоят избиратели, желавшие видеть канцлером именно ее – в действовавшей до сих пор "большой коалиции" с социал-демократами это было не так.

 

About the author

Николай Клименюк пишет о политике и культуре в Германии и России. Он работал редактором журналов Forbes Russia, "Большой город" и других изданий. С 2014 года Клименюк живёт в Берлине и пишет для Frankfurter Allgemeine Zeitung и других немецких масс-медиа.


We encourage anyone to comment, please consult the
oD commenting guidelines if you have any questions.