ОД "Русская версия"

От любви до отставки. Как Евкуров завоевал, а потом потерял доверие жителей Ингушетии

Глава Ингушетии Юнус-Бек Евкуров ушел в отставку и будет назначен на пост замминистра обороны России. Его решение жители республики встретили с восторгом. Чтобы понять почему, вспоминаем основные вехи его правления.

Изабелла Евлоева
28 June 2019
Юнус-Бек Евкуров и президент России Владимир Путин, 2013 год
|
CC BY 4.0 Kremlin.ru / Wikipedia. Некоторые права защищены

Автомобильные гудки, заторы на главных проспектах и улицах, стрельба в воздух и всеобщее ликование - вот как ингуши проводили третьего по счету руководителя Ингушетии.

Последние месяцы общественность Ингушетии ждала этого политического решения и всячески его приближала. Отправной точкой для начала конца Евкурова стало соглашение об установлении границ, подписанное им совместно с главой Чечни Рамзаном Кадыровым в сентябре 2018 года. Оно спровоцировало резкий рост протестной активности в регионе.

Изначально протест был направлен против демаркации границ, но когда ни Евкуров, ни федеральный центр не обратили внимания на несогласие населения Ингушетии с происходящим, прозвучало требование об отставке главы - посредством митингов, обращений в различные ведомства и резолюции, которую подписали более 50 тыс. жителей.

Антипод Кадырову

Евкуров пришел на смену Мурату Зязикову, тогда еще президенту республики, осенью 2008 года. Примечательно, что Зязиков также покинул свой пост на фоне протестов: на площади в Назрани прошел митинг, вскоре на смену генералу ФСБ центр прислал героя Российской Федерации Евкурова. На генерала, бывшего военного, общественность Ингушетии и Кремль возлагали большие надежды: его главной задачей было снижение криминогенной обстановки в регионе. Теракты, убийства мирного населения и разгул оборотней в погонах буквально раздирали эту маленькую северокавказскую республику.

Юнус-бек Евкуров, 2012 | Источник: Глава Республики Ингушетии

Причин этому было не мало, и в частности - курс по "стабилизации" обстановки в соседней Чечне, результатом которого стало уничтожение и выдавливание боевиков и, как следствие, их рассредоточение по всему Северному Кавказу. Большая их концентрация наблюдалась в Ингушетии, у которой с Чечней не было никаких границ.

Евкуров эти надежды частично оправдал: новый глава начал переговоры с членами незаконных вооруженных формирований и их семьями, что стало антитезой методам Рамзана Кадырова, который придерживался жесткого курса на "уничтожение".

Впоследствии это перманентное противопоставление Кадырову сыграет важную имиджевую роль на протяжении всего политического пути Евкурова.

Личная трагедия жителей

В самом начале правления на Евкурова было совершено покушение: смертник в начиненном взрывчаткой автомобиле пытался протаранить машину главы Ингушетии, в результате чего погибли охранник и водитель. Сам глава, получив сильнейшие ранения, тогда чудом остался жив.

Последовавшие затем события ярко охарактеризовали отношение населения к руководителю. В Ингушскую республиканскую больницу, в которую сразу после покушения попал Евкуров, выстроилась очередь желающих сдать для него кровь. Двор больницы и близлежащие стоянки были заполнены простыми людьми, приехавшими выразить свою поддержку. Во всех мечетях республики молились за то, чтобы новый глава пошел на поправку и выздоровел.

Хоть и меньше, но все еще происходили бессудные казни. Молодых мужчин забирали или просто расстреливали силовики, объявляя их боевиками

За время правления Евкурова криминогенная обстановка в Ингушетии снизилась, но снижение это имело тенденцию в целом по Северному Кавказу. Позже этому способствовали и события в Украине, и война в Сирии: в Украину уехало много прикомандированных силовиков, буквально заполонивших на тот момент Ингушетию, а в Сирию - значительное количество радикально настроенной молодежи.

Первые пять лет правления Евкурова были спокойными и обнадеживающими для населения: к нему лояльно относились жители, а оппозиция, возглавляемая Идрисом Абадиевым (организация "Мехк-Кхел"), Магомедом Хазбиевым и другими активистами, не получала существенной поддержки в обществе. Изначально Магомед Хазбиев был сторонником Евкурова, но впоследствии их политические пути разошлись, и оппозионер даже стал ответчиком Евкурова в суде. Суд признал Хазбиева виновным в унижении достоинства социальной группы "глава республики", а при обыске у политического оппонента Евкурова дома нашли гранату.

Земельный раздор

Второй срок правления Евкурова - это этап нереализованных обещаний и разгула коррупции. Хоть и меньше, но все еще происходили бессудные казни. Молодых мужчин забирали или просто расстреливали силовики, объявляя их боевиками. Без суда, следствия и доказательств. Так, 26 мая 2016 года в разных концах Ингушетии силовики застрелили 5 человек, их вина в террористической деятельности не была доказана. Евкуров часто заявлял о том, что берет дело "под личный контроль", но традиционно оно не сдвигалось с мертвой точки.

Инфраструктурные и социальные проблемы региона не решались. Зачитывались отчеты о строительстве новых бюджетообразующих объектов, но на деле эти объекты не работали. Одним из наиболее громких дел стал скандал о фиктивных трудоустройствах в ГУПах республики. Тогда, по разным данным, от 60 до 100 тыс. жителей Ингушетии обнаружили себя зарегистрированными как работники различных сельхозпредприятий. Общественность считала, что таким образом снижаются показатели безработицы, а сам Евкуров назвал это компьютерной ошибкой.

Непосредственно перед избранием Евкурова на второй срок начали портиться его отношения с главой Чечни, и причиной этому был земельный вопрос. 26 августа 2013 года Рамзан Кадыров заявил о намерении поднять на федеральном уровне вопрос об установлении границы с Ингушетией. Евкуров отметил, что граница должна проходить по уже устоявшимся территориям. Но 4 сентября Кадыров сообщил, что чеченские власти имеют документы, подтверждающие принадлежность Сунженского и части Малгобекского районов Ингушетии к Чечне.

Несмотря на бурное возражение Ингушетии и лично Евкурова, Кадыров в одностороннем порядке подписал закон, включающий весь Сунженский район Ингушетии в территорию Чечни. Позиция Евкурова тогда была однозначной: "Сунженский район Ингушетии – неотъемлемая часть территории республики". Он назвал заявление Кадырова неуважением к ингушскому народу и призвал к диалогу.

Точку в этом споре тогда поставил полпред по СКФО Александр Хлопонин, но этот инцидент дал понять широкой публике, что отношения между главами "братских" республик переживают сильнейший кризис. На деле, неприязнь возникла еще раньше, когда в 2009 году Евкуров заявил в интервью "Российской газете", что если бы он руководил республикой во время Чеченской войны, то не пустил бы беженцев в Ингушетию, потому что они завезли "проституцию, наркоманию и бандитизм".

Невыгодная ссора и новый водораздел

Тогда же, во время второго срока произошло еще одно значимое политическое событие, а вернее, громкий скандал: Евкуров рассорился с муфтием Республики Исой Хамхоевым.

Это противостояние разделило общественность на сторонников и противников одного и другого. Муфтий в тот период искал поддержки в соседней Чечне у Рамзана Кадырова, и тот, с одной стороны, будучи сторонником кадирийского тариката, а с другой, в какой-то степени политическим оппонентом Евкурова, всячески поддерживал Хамхоева. Многие жители Ингушетии, правда, стремление Хамхоева искать поддержку у Кадырова не разделяли: он был не популярен в соседней Ингушетии, а впоследствии, после соглашения об установлении границ, и вовсе стал вторым после Евкурова политическим врагом ингушей.

Попытки Евкурова сместить Хамхоева ни к чему положительному для него не приводили, и в самый разгар их конфликта произошло событие, ставшее кульминационным моментом политического пути Евкурова - соглашение об установлении границ.

Юнус-бек Евкуров, 2015 | Источник: Глава Республики Ингушетии

Изначально молва о готовящихся изменениях на границе просочилась в общество на уровне слухов. Поскольку территориальные притязания Кадырова не были чем-то новым, в эти слухи мало кто верил. Тем более, между настоящими и прошлыми претензиями было нечто общее: они снова происходили непосредственно перед выборами Евкурова.

Триггером народного возмущения стали фотографии, опубликованные членами историко-географического общества "Дзурдзуки", на которых дорожная техника из Чечни в сопровождении людей в камуфлированной одежде строит дорогу на территории Ингушетии.

В первый раз Евкурову пришлось прервать молчание на собственной инаугурации, когда депутат Народного Собрания Ингушетии Бейал Евлоев задал непротокольный вопрос о происходящем в регионе. Ответ был таким: "Ситуация под контролем, на границе все спокойно. Это блогеры в сети раздувают".

Но происходящие события говорили об обратном, и в конечном итоге опасения жителей подтвердились, когда 26 сентября 2018 года в республику приехал Кадыров и другие главы СКФО для подписания соглашения. Тогда люди стихийно собрались в Магасе и пытались выразить свое возмущение, но митинг был подавлен, а Евкуров заявил не об изменении границ, а об обмене территориями.

Недоверие и большое уголовное дело

В день ратификации на улицы Магаса вышли несколько десятков тысяч человек, чтобы поддержать депутатов в голосовании по новому соглашению. В итоге вышедшие к людям парламентарии во главе с Закрий Мамиловым объявили, что большинством голосов соглашение об установлении границ не прошло голосование, но буквально через несколько минут ТАСС сообщил, что новый закон об изменении границ все же принят. Депутаты подали в суд и заявили о фальсификации голосования, но Магасский суд отклонил их иск к парламенту Ингушетии. Более того, сын депутата Мамилова, по "случайному" совпадению или нет, стал одним из обвиняемых в экстремизме во время массовых задержаний "митингового дела".

Митинг в Магасе, октябрь 2018 | CC BY-NC 2.0 Владимир Варфоломеев/Flickr. Некоторые права защищены.

"Митинговым" назвали крупнейшее со времен Болотного дела 2012 года уголовное преследование участников протестной акции: 30 человек обвиняются в части 2 статьи 318 УК РФ ("применение насилия, опасного для жизни или здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей") и находятся под арестом. Задержания начались после митинга 26 марта 2019 года, во время которого с трибун заявили о недоверии Евкурову и о необходимости отмены соглашения с Чечней. Митингующие ранним утром спали на площади, когда было принято решение разогнать их силами Росгвардии.

В итоге после трех попыток штурма площади протестующие ушли с условием, что через пять дней пройдет новый митинг. Об этой договоренности перед собравшимися объявил один из организаторов, 65-летний старейшина Ахмед Барахоев и начальник Главного управления МВД России по Северо-Кавказскому федеральному округу Сергей Бачурин.

Население Ингушетии, которое молилось о его выздоровлении после теракта в 2009 году, спустя 10 лет ликовало по поводу его отставки

Но договоренность эта соблюдена не была. Барахоев, как и другие активисты, был арестован по обвинению в ч.2 ст. 318 УК РФ. Митинговое дело продолжается до настоящего времени, и пока непонятно, как отставка Евкурова повлияет на ход событий в отношении заключенных.

Уже не свой

Еще до мартовских событий, во время митинга в ноябре 2018 года, общественность Ингушетии публично раскритиковала Юнус-Бека Евкурова и выразила ему недоверие, а в мае 2019 года Муфтият отрек его от мусульманской общины. И это неудивительно.

Все митинги и протестные акции, проходившие в Ингушетии последний год, сопровождались тотальным блэкаутом мобильного интернета. ФСБ даже не скрывало, что дает указания по отключению сети оператором большой тройки и Йоте. Глава Агоры Павел Чиков писал об этом в своем телеграм-канале после рассмотрения Магаским судом Ингушетии иска к ФСБ местного жителя Мурада Хазбиева:

"Управление ФСБ по Ингушетии признало, что мобильный интернет (а именно сегменты LTE и 3G) отключался в республике не менее восьми раз за последний год. Основанием отключения каждый раз становилась угроза совершения "диверсионно-террористических актов". Странным образом отключения мобильного интернета в Ингушетии каждый раз совпадали с планировавшимися или проходившими протестными акциями (в большинстве своем против действий главы республики Юнус-Бека Евкурова о передачи части территории республики Чечне)".

Еще одним громким эпизодом во время правления Евкурова стало дело ингушского Центра по противодействию экстремизму (ЦПЭ). Силовики долгое время пытали и терроризировали местных жителей, пока не начали вымогать деньги у гражданина Азербайджана и тот не подключил свои связи. В итоге распутывания этого клубка за решеткой оказались шесть работников Центра "Э", включая его руководителя Тимура Хамхоева. Но это не помешало силовикам 6 октября 2018 года, непосредственно во время протестов, похитить и избить исследователя российского отделения международной правозащитной организации Amnesty International Олега Козловского, который приехал в Ингушетию накануне для мониторинга протестов.

Последние месяцы перед отставкой Евкуров провел в жестком противостоянии оппозиции, в которую входило почти все население Ингушетии. По "митинговому делу" к административному и уголовному взысканию были привлечены, по разным данным, до 300 человек. Для республики, численность населения которой не дотягивает до 500 тыс. человек, это немалая цифра.

И хотя Евкурову в начале своей деятельности на посту главы действительно удалось примирить республику, последующие непопулярные решения и ошибки запомнились гораздо сильнее. Население Ингушетии, которое молилось о его выздоровлении после теракта в 2009 году, спустя 10 лет ликовало по поводу его отставки.

Had enough of ‘alternative facts’? openDemocracy is different Join the conversation: get our weekly email

Комментарии

Мы будем рады получить Ваши комментарии. Пожалуйста, ознакомьтесь с нашим справочником по комментированию, если у Вас есть вопросы
Audio available Bookmark Check Language Close Comments Download Facebook Link Email Newsletter Newsletter Play Print Share Twitter Youtube Search Instagram